Вместе с душой изменилась и моя внешность. Это произошло спонтанно, но имело под собой конкретные причины. Мое тело, наполнившееся полнотой силы, подключило скрытые резервы организма, и дар метаморфа, которым я мог управлять только в некоторой степени, начал работать во мне несознательно, подстраивая мой внешний облик под состояние моего сердца.

На самом же деле я просто стал собой.

Я стал Нэем, который хочет расправить крылья и спасти весь этот мир…

* * *

Тайна звёздного судна под таинственным названием «Осирис» была простой: он был самым настоящим кораблем моей расы, и Руэль тайно откопал его на одной из покинутых предтечами планет. Приведя его в порядок, он пустил его на славное дело подпольного героического спасения мира от всякого рода сброда. Этакий «конь Робин Гуда», о котором я читал в исторических хрониках Ишира…

Корабль, будучи отчасти живым организмом с искусственным интеллектом, встретил меня длинным приветствием на предтечском языке, чем поразил окружающих до глубины души.

Впрочем, они были поражены не только этим.

Мой изменившийся облик тоже не оставил никого равнодушным, и между нами словно образовалась еще большая пропасть, что не могло меня радовать. И только Лис, который, кстати, таки сумел вместе с Максом телепортироваться ко мне, по-прежнему был со мной очень дружелюбен и даже шутил, чего не позволял себе в первые дни после признания моей инопланетности.

Ангелика чувствовала, что я тяжело переношу отчуждение ребят и даже порывалась поговорить с ними, но я попросил ее этого не делать. Я не хотел ни коим образом на них давить, ведь они были просто напуганы, не зная, чего от меня ожидать в дальнейшем.

К тому же моральный дух обитателей корабля был серьезно подорван тем, что обнаружилось еще четыре человека, зараженных тьмой. Все они были людьми Кэпа, и после подобных случаев возникли естественные опасения по поводу эпидемии.

Мара, жена Макса, а также их дети — Нэй и Нэрида — тоже были на этом корабле, как и семья Руэля — жена Исида и их дочь Миа…

«Осирис» стал островком некой безопасности, в то время как Ишир все глубже погружался в настоящую тьму…

Руэль предоставил мне целую комнату под лабораторию, а также все найденные в звездолете древние артефакты, назначения которых он так и не понял. Вот так у меня появились почти родные приборы: измеритель токсичности ядов, генный модулятор, с помощью которого можно определять степень мутации на объектах, находящихся под воздействием лекарств, и даже предтечский вариант медицинской восстанавливающей камеры, которую пришлось долго и тщательно ремонтировать.