— Я не хотел… — невольно вырвалось у него, словно все присутствующие в один голос упрекали его за то, что занял место Логанда. — Всё будет как раньше… Я…

— Разрешите обратиться, господин лейтенант? — вдруг перебил его Папаша, конечно, нарушая тем самым всякую субординацию.

— Говори… те… — жалко пискнул Линд.

— Чего вы там мямлите, господин лейтенант? — грозный хрипловатый голос старика компенсировался вполне дружеской улыбкой. — Довольно оправдываться! Вас назначили нашим командиром — значит, так надо! Начальству всегда виднее. Может, сам Логанд замолвил словечко. Но сразу хочу предупредить — нам нужен командир, а не рассветная козочка, так что начинайте командовать, во имя Ассовых сапог!

Эта внезапная выволочка помогла, но ненамного. Клубок, в который превратились кишки Линда, вроде бы расслабился, но командные выправка и голос пока что не спешили явить себя.

— Спасибо, Па… Рядовой Тоббос! — быстро поправился он. — Спасибо, что сказали это. Я не могу обещать, что сразу же смогу заменить Логанда, но со временем… Я буду стараться!

— Так точно, господин лейтенант! — растянув рот в улыбке, гаркнул Папаша.

— И вот мой первый приказ, — осмелев, продолжил Линд. — Мне было велено назначить в нашу роту нового сержанта, и я думаю, что лучшей кандидатуры, чем рядовой Тоббос, мне не сыскать.

— Разрешите обратиться, господин лейтенант! — вновь козырнул Папаша. — Прошу избавить меня от этой должности! Много лет я служу здесь, и не раз мне делали такие предложения. Последним до вас был Логанд. И я всегда отказывался. Хочу, знаете ли, дожить последние годочки в покое. Мне ж теперь тут благодать, господин лейтенант. Я у вас вроде старого дворового пса — и в сторожа не годится, и выбросить жалко. Меня это вполне устраивает.

— А я разве сказал, что это предложение? — чуть сипя от волнения, повысил голос Линд. — Это приказ, сержант Тоббос, и извольте его исполнять!

Он сделал вид, что не расслышал фразы «Ах ты ж курвёныш!», тихонько брошенной старым Папашей, тем более, что в тоне её было скорей одобрение, чем злость. По блеснувшим на миг глазам старика Линд понял, что тот, быть может, вполне не прочь сбросить с себя личину «старого дворового пса». Наверное, когда-то его это вполне устраивало, но теперь, похоже, что-то изменилось, однако же гордость не позволяла Папаше явить своё честолюбие.

— Вы что-то сказали, сержант? — строго поинтересовался Линд.

— Ничего, господин лейтенант! — вытянувшись, ответил старик.

— С нынешнего дня принимаете мой взвод.

— Слушаюсь, господин лейтенант!

— Хорошо. Что ж, построение закончено, все могут быть свободны. И вот ещё что — через два дня приглашаю всех в «Свиные уши». Проставляюсь за лейтенантские погоны!