— При ударе о покрытие мяч деформируется. Есть микроскопическая упругая деформация покрытия. Вот тебе первая задача для компьютерного моделирования. Есть внутреннее трение мяча, виновное в диссипации энергии удара. Поэтому мяч отскочит не на расчётную высоту. Это тоже надо учесть.

— Теперь смотри, — мы садимся прямо на землю, а рисовать-то на асфальте нечем! Рассыпаю земляной комок, рисую в пыли.

— Вертикальный импульс меняет своё направление, оставаясь прежним по величине. Это при идеально упругом столкновении. Но как мы уже решили, на прежнюю высоту мяч не отскочит, а значит, что?

— Величина вертикальной составляющей уменьшится, поэтому угол отскока изменится.

— Вот тебе ещё одна проблема моделирования на компе. Но и это не всё. Что будет с горизонтальной составляющей?

Андрей надолго выпадает из реальности. Терпеливо жду. До определённого момента. Потом толкаю его плечом.

— Не знаю. Не могу сразу сказать. Вроде не должна она меняться, но чую подвох.

— Подвох есть. Время взаимодействия мяча и поверхности не нулевое. Пупырышки видишь? — Подкатываю ему мяч. — Для чего они? Для увеличения трения скольжения. Скользить при ударе мяч не будет. Значит, что?

Через короткую паузу продолжаю:

— Поверхность «ударит» мяч по касательной к поверхности и закрутит его. После отскока он будет вращаться. Так что ты и это должен учесть на своём любимом кибернетическом компьютере.

— Если «удар» строго по касательной, мяч закрутится, но не замедлится. Горизонтальная скорость сохранится…

Соображает. Смотрю с одобрением. Вернее, в физике разбирается. Хотя и не до тонкости.

— Не сохранится. Появится энергия вращения именно за счёт горизонтальной составляющей. Плюс удар не совсем по касательной. Мячик-то деформируется.

— Вот и попробуй всё это смоделируй, кибернэтик! — Встаю и снова ухожу на площадку. Идеально упругий мячик или нет, а играть им можно.

Через пять минут находим новое занятие. Ручкой нарисовали на оранжевой поверхности множество точек. Отхожу в сторону, а Песков выставил смартфон на съёмку. Бросать стараюсь так, что мяч не крутился. Чистота эксперимента — прежде всего, поэтому кидаю двумя руками.

С разной скоростью, под разными углами. До тех пор, пока Андрей не объявляет, что забил всю память смарта. Идём в гостиницу, сдав по пути мяч. В холле разглядываем результаты видеоконтроля.

— Да, оно вертится, — по галилеевски заключает итог наблюдений Андрей. Вращение как раз по чернильным точкам определяем.

— Даже не знал, что в смарте есть замедленная съёмка…

— Приложение надо поставить и всё, — Песков просматривает ролики один за другим. — О, а здесь почти не крутится…