Внезапно с тяжесть с руки исчезла. И тут же на нее навалилась горящее тело. Метанием я сбросил помеху. И прежде чем освободившуюся руку вновь кто-то захватит, я резко согнул ее в локте, ударяя под ребра прицепившегося на спину урода. Пальцы его лишь сильнее впились в глазницы, отчего я чуть не упал на спину, в кучу мертвецов, что никак не могут погибнуть.
Сука.
Я положил руку себе на лицо, поверх ладоней погорельца, и выпустил немного кислоты. Лишившись конечностей, он свалился с меня, позволяя восстановить зрение.
Горящие люди, не желающие спасения ни себе, ни другим, напирали на меня со всех сторон. «Оставь», «сгинь», «ублюдок» — доносились эхом их крики. Несмотря на боль, смерть в огне виделась им спасением.
И только едва слышное «помогите» не позволило мне все бросить…
«Помогите», что стихло в горящих объятиях. Ребенок, что не хотел умирать, навечно остался с семьей, взгляд которой сквозь боль отражал высшую степень блаженства.
Ненавижу фанатиков.
Спасать таких выйдет себе дороже. Им нужно не спасение, а одно лишь благословение, что вдолбили им в головы. Рядом с ними никто не будет в безопасности. И даже уже спасенные из огня люди рискуют никогда не проснуться. Фанатик один раз перешагнувший порог крайности, не будет медлить. Огонь будет казаться ему единственным выходом из ситуации. Больной мозг просто откажется воспринимать иные варианты, возвращая хаотичные мысли в прежнее русло. Русло, ведущее на костер.
Таких людей невозможно спасти.
Потоком из руки хлынула кислота, растворяя тела безумцев. Не так как хотели, но они получат свое.
Все и каждый.
На выходе из кислотного облака меня уже дожидалась небольшая группа уцелевших. Не только погоревшие в огне, но и беглецы были здесь. Колючими лозами они отгородились от мира и монстров. Едва нежить приближалась к терновой стене, как огромная цветочная пасть с радостью принимала доставку.
Потому когда из растительной гряды появился Марк я не удивился. Почти все тело парня ушло на создание баррикады. Голова же и туловище свободно перемещались на лозах.
— Вы это видели? Там, тут нежить, а я ее ух, и нет головы, все за мной закричал, и они действительно пошли за мной, а потом… — радость успехов в голосе парня постепенно стихала. — Больше никого спасти не удалось?
Я отрицательно покачал головой.
— Я-ясно, — на его лицо наползла маска из дерева.