И повезет если мою, бессмертную.

Сука.

Прости Русс, если сейчас не вмешаться, то мы все окажемся по одну с тобой сторону.

Сбросив ему на грудь исцеляющий палец, я рванул к Грегору. Его время на самоопределение подошло к концу. Продолжит и дальше притворяться столбом, столбом же и ляжет.

Вопрос в том, смогу ли я привести его в чувство?

Вдох-выдох.

Есть надежный способ. За его использование мне оторвут голову… возможно не один раз. Да только это будут уже совершенно другие проблемы. Проблемы недовольного, но живого меня.

— Русс ожил!

От услышанной новости Грег обернулся на мой голос.

Прости, будет больно.

[Наслаждайся]

[Наслаждайся]

Не сейчас, но когда он узнает правду. Надежда, что столь ярко разгорелась в нем под влиянием способности, своим выгоранием навсегда заберет часть его души.

— Он без сознания, но живой, — не давая обернуться, я толкнул его к толстяку. — Сейчас главное позаботиться об этом ублюдке. Если ты не вмешаешься, то от нас всех останется только кучка обглоданных насекомыми костей.

Не прошли мы и пары шагов, как Грег замер.

— Я сам позабочусь о гаде, ты же спаси людей.

Просветление подействовало на него даже лучше, чем можно было надеяться. И заодно вынесло с собой часть мозга.

— Не глупи, он уже избил каждого из нас поодиночке.

— Будет тебе лишней причиной поторопиться, — схватив меня за плечо, он одной рукой поднял меня вверх. — Ты, кажется, так предпочитаешь передвигаться…

Без капли человечности он метнул меня в огонь.