Саван отшатнулся от нас, покрываясь роем из более чем сотни лент. Их обманчивая легкость таила в себе смертельную опасность для любого неосторожного глупца.

— Но сначала ты ответишь за все, что ваша диаспора учинила с нашим миром, — другой, бархатный, более знакомый и ненавистный мне голос вмешался в происходящее

Огромным черным сгустком он отделился от всеобщего мрака. Казалось, сама его сущность составляет собой это место.

Фигура в саване на фоне этой тьмы в мгновение стала блеклой, и даже на сотую долю не такой пугающей, как прежде. Она и сама этого не отрицала. Вместо диалога или попытки сразиться, тут же кинувшись бежать.

Одним ударом волнистого меча, она рассекла пространство перед собой. Свет из образовавшегося проема разгонял окружающую нас тьму…

Но фигура монстра оттого стала только отчетливее.

— Ты умнее прошлого, — тьма, доселе спокойно колыхающаяся в пространстве со скоростью, превышающей мыслимые пределы, устремилась к разлому. — Умнее, и при том намного, намного слабее.

Живущая во мне сущность не позволила сбежать своей жертве. Ее густая слизь появилась из ниоткуда, полностью поглощая в себе свет портала.

Лишившись возможности к бегству, монстр был вынужден вступить в бой.

Тьма сцепилась с тьмой. И было не разобрать в этом царстве ужасов, кто есть кто. Сливались и перемешивались их сущности, разделяясь на части и вновь сливаясь уже в новом обличье.

Да только длилось противостояние не больше пары секунд. С каждым движением саван первого монстра становился все светлее и светлее. В то время как его оппонент едва ли не хохотал. Его злорадство и самодовольство витало в пространстве и чувствовалось на физическом уровне. И причины тому были простые — тотальное превосходство в силе.