От удара золотое сияние клинков померкло и сменилось фиолетовым.

Наложив печать на ставшие бесполезными клинки, девушка метнула их во врага. Сиянием яркого пламени они… были проглочены, не пролетев и десяти метров. Скрывающаяся во тьме сущность даже не поперхнулась артефактным оружием. И вместо взрыва прозвучал лишь негромкий хлопок, заставивший непомерно огромную пасть расплыться в пробирающей до костей улыбке.

Достаточно жуткой, чтобы девушка без лишних раздумий решилась расколоть остатки доспехов.

Во вспышке они разлетелись на части, открывая провал в пространстве. Провал, достаточно большой и яркий, чтобы остудить пыл живущей во мне твари, а заодно поглотить все вокруг…

Не так я представлял свою смерть, не так ожидал и встретить ее…

— Альберт, погрязнув в раздумьях-

Тьма…

Нечем дышать.

Тело не двигается.

Исцеление не помогает.

Или же попросту не работает.

В этом кромешном мраке нет ничего.

Ничего же и разобрать не выходит.

Ранее я никогда не задумывался о загробной жизни. Не было ни времени ни желания. Есть и есть, нет и нет. И мне было достаточно этого. Все равно, когда откроется ответ, тебе до него не будет никакого дела. Пустота, боги, цикл перерождений, вечные муки… Все это фантазии для фанатиков. Во всяком случае, мне так казалось до сегодняшнего дня.

Что поделать, человеческая натура склонна задумываться о решении проблем только когда становится слишком поздно. Вот и у меня нашлось время для этих мыслей только сейчас. Здесь, в пустоте, с телом лишенным возможности к существованию, мне больше ничего и не остается, кроме как думать о совершенных ошибках.

— Но что если это еще не конец? Что если я скажу, что у тебя еще есть возможность вернуться? Мне некуда торопиться. Рано или поздно ты сломаешься, и согласишься пойти на любые условия, но подумай — что случится с остальными за время твоего отсутствия. Они не могут ждать вечность, пока ты созреешь для действий…

Сущность, своим бархатным голосом неприминула напомнить о себе. Кто бы сомневался, что в минуты отчаяния и безысходности оно совершит нечто подобное. Совру себе, если скажу, что не хочу возвращаться. Даже страшно представить жизнь в вечной темноте.

И как знать, возможно, вскоре я бы и принял его предложение, если бы не голос Миры, приглушенно звучащий на границе моего восприятия.