— Я, насколько помню, рамок дружелюбной симпатии не переступал. И не переступлю. А если девушка меня неправильно поймёт... Придётся приносить извинения, но обманывать её я не буду.

Не объяснять же мне, что меня с ней связывает не настоящее, а не случившееся, надеюсь, будущее.

— Про танцы с Успенской, полагаю, тоже можно не спрашивать? — ехидно улыбнулась Светлана.

Ох, женщины, лишь бы посплетничать.

— Да, ты права, можно не спрашивать, — киваю и залпом допиваю вино.

— Хорошо, — Света повторяет за мной. — Спасибо за...

— Света, есть важный момент.

Она останавливается, вопросительно глядя на меня. Простейшим заклинанием проверяю, что нас не слышат.

— Ты понимаешь, что я убью Аню? Не потому, что хочу, а потому что не имею выбора?

Глава рода удивилась.

— Что-то случилось? Она выглядела...

— Ничего, если не считать порки прямо на этом столе, — киваю на рабочее место.

Света даже подскакивает, удивлённо оглядываясь.

— Она себя не контролирует. А я не смогу давать ей то, чего она хочет, всё время. Если у нас что-то получится с Ядвигой, все эти игры закончатся, понимаешь? И тогда Аня всё расскажет следующему красавчику, что будет её пороть.

Моя собеседница вздохнула.

— Не расскажет. Ты — особенный.

Удивляюсь.

— Чем это?

— Ты её не хочешь, — пожимает плечами Света, глядя мне прямо в глаза. — Все, кто был до тебя, желали её, как женщину. Тебе она безразлична...

— Она мне противна, если откровенно, — поморщился.