— Понимаю. Но ты можешь отказаться, тем более, что сейчас мне нечем тебе заплатить.

— Обижаешь… Немного денег у меня у самого есть, жадность меня чуть не погубила, когда я увидел такой кошель… Ты хочешь отомстить?

— Не только. Найдя наемного убийцу, я смогу найти того, кто его послал. И я буду знать, грозит ли мне самому опасность и от кого.

— А что?..

— Ко мне уже приходил один очень неприятный человек, — Шарби непроизвольно вздрогнул, вспомнив страшного волшебника, — пока мне удалось уйти. Пока.

— Да не трясись ты так! — похоже, он взгляда Репья ничего не могло укрыться. — Лучше расскажи все, что знаешь.

Шарби заколебался, но Репей заметил и это.

— Чем больше я знаю, тем легче мне найти того, кого ищешь. А я точно не разболтаю никому. Не веришь — иди наверх, поспрашивай всех, умею ли я тайны хранить.

Шарби, наконец, решился. Вряд ли Репей в ближайшее время выберется в Брайнар. А, значит, ему можно рассказать почти все — не упоминая напрямую убийство, магов и, разумеется, Мастер-Лорда. Репей слушал внимательно, не задавая ни одного вопроса. Дослушав, он закрыл глаза.

— Если бы тебе, взломщик Шарбоин, понадобился убийца, где бы ты его стал искать?

Шарби пожал плечами, но, сообразив, что Репей его не видит, ответил:

— Не знаю.

— А я — знаю. Поэтому, если тебе придет в голову кого-нибудь убить, ты знаешь, к кому обращаться. А вот твоего Тормара я, представь себе, не знаю. Но если он не соврал, и убийца здешний, то у меня уже сейчас есть пара хороших зацепок.

— Ищи лучшего из всех, — посоветовал Шарби. — Он смог без помощи магов совершить убийство чуть ли не при всех.

— Сложная техника, — подтвердил Репей. — У меня такие вещи не получаются, да и, вообще, тех, кто научился незаметности, я знаю только пять человек.

— Уже шесть. Меня научил Вейвар, да еще я целиком книгу прочитал, откуда это все берется.

— Что за книга? Я совсем недавно читать выучился!

— «Воин и его тень». Только ты ее просто так не найдешь. Книга запрещенная.

— Ну, ты и даешь! — восхитился Репей. — Запрещенные книги читаешь, сложными приемами владеешь, «вспышкой силы» пользоваться умеешь…

— Я ее сам и варю, — Шарби не удержался, чтобы не похвастаться: перед кем же еще хвастаться, как не перед тем, кто и сам много знает.