– Отложения солей могут давать и впрямь волшебный эффект. Свет преломляется самым немыслимым образом, и картина завораживающая. Даже для меня.

Серьезное признание. Девушке же хватило сил лишь на то, чтобы кивнуть – ради того уже, чтобы увидеть такую картину, стоило рисковать и лезть в подземелье. И Артур, похоже, был с ней согласен. Все же чувство прекрасного у него имелось, как бы он не отнекивался.

А еще пещеры были обитаемы. Естественно, Джоанна мало что видела, но за летучих мышей готова была поручиться. Раз есть летучие мыши – значит, есть и те, кем они питаются. А еще, очень может быть, найдутся и те, кто питается ими. Знакомиться ни с теми, ни с другими, не хотелось, да и летучие мыши Джоанне не нравились. К тому же лошади их пугались, да и в пещерах, где мыши гнездились, все оказалось капитально загажено, а она была девушкой брезгливой. А вот киборгу, похоже, было все равно, на что он наступает, зато в каждом его жесте Джоанна чувствовала громадное внутреннее напряжение. На вопрос, чего он опасается, Артур честно ответил, что не знает. Просто в таких пещерах можно встретить что угодно. Планету, конечно, терраформировали, но в подземельях, скрытых на глубине нескольких сотен метров, могло сохраниться что угодно. О животном мире планеты до терраформирования Артур не знал абсолютно ничего, но по аналогии с другими кислородными мирами предполагал, что крупные хищники на ней могли быть. Встреча же с реликтовым чудовищем в планы Артура не входила совершенно, о чем киборг с максимальной честностью и признался. Нет, он, разумеется, крут, плевками вертолеты сбивает (кстати, не забыть уточнить между делом, что такое вертолет) и никого не боится в принципе, потому что киборгу вообще не положено бояться. Вот только доказывать всяким безмозглым тварям с большими зубами, что ты здесь самый пробивной, занятие неблагодарное. И вообще, можно найти и лучшие области применения своим силам.

Вот так Артур брюзжал потихоньку, а чудовища все не появлялись. То ли благополучно вымерли еще до появления здесь людей, то ли разбежались при одном слухе о появлении здесь страшного и свирепого гомункулуса, то ли их и вовсе не было никогда. Дорога же, немного попетляв, стала ощутимо забирать вверх, и на исходе пятого часа впереди забрезжил свет.

Они выбрались на поверхность у самой границы ледника. Собственно, тут и брали начало те ручьи, что прогрызли кажущуюся монолитной гору насквозь, однако ледник начал таять совсем недавно… Увы, когда Джоанна поделилась своими сомнениями с Артуром, он лишь улыбнулся и пояснил, что в природе цикличность – нормальное явление, и, возможно, климат менялся раз сто еще до появления на этой планете человека. Соответственно, и ледники то появлялись, то исчезали. При колонизации планеты никто всерьез не интересовался этим вопросом, да и сейчас ее климатическая история особой практической ценности не представляет. Вывод, который сделала из его слов Джоанна, был однозначен: не стоит ломать голову над ерундой. А жаль – ей и впрямь было интересно.