– От Агрия? – Что он имел в виду? Неужели альбинос приходил сюда? Я быстро оглянулась.
И внезапно у меня словно пелена с глаз упала.
– Ты предатель! – прошептала я. Но этого не может быть. Только не этот безобидный юноша, которому я слепо доверяла.
– На такое никто из вас не рассчитывал. Не правда ли? А ведь мы с Агрием сотни лет дружим. Без меня он бы вряд ли выжил во тьме, на которую его обрекли. Когда я его нашел, он представлял собой жалкое зрелище. Я показал ему, как создавать свет.
– Но почему? – спросила я. – Как ты мог? Почему ты предаешь своих братьев и сестер ради него? Своего отца? Меня?
Он пожал плечами.
– А ты думаешь, классно всегда быть только посыльным? Богом, над которым все потешаются? Быть
Это мои собственные слова.
– Агрий пообещал, что я буду сидеть рядом с ним, после того как он придет к власти.
Да он же сам в это не верил. Мне стало его чуть ли не жаль.
– Агрий никого не потерпит рядом с собой, и ты навсегда останешься просто предателем, – возразила я. – Я даже не уверена, что Гея вообще даст ему шанс. Она сама хочет заполучить посох. Тебе ведь наверняка это известно, да? – У него на лице промелькнуло какое-то выражение. – Ей надоело, что Олимпом правят мужчины.
И я даже постепенно начала ее понимать. Эти боги так раздражали. Все вечно крутилось вокруг их настроения. Даже этот бедняга считал, что ему уделяют мало внимания. Какая ужасная судьба.
– Так как звучит твое сообщение? – Гермеса ждал сюрприз. Когда он сделает все, что от него требовалось, Агрий выкинет его, как старую тряпку. Но я не позволю, чтобы все зашло настолько далеко. Агрий не должен победить.
– Принеси Агрию посох, и твоей младшей сестре не причинят вреда, – негромко произнес он, не глядя при этом на меня.
– Моей сестре? – просипела я, и мой взгляд упал на зайца, с которым всегда спала Фиби. Она бы никогда не ушла к маме без своей плюшевой игрушки.
– Ну, нам же нужно было какое-то средство давления, – пояснил Гермес, смущенно почесав в затылке. – Я правда не хотел ее забирать, но Агрий настоял. Извини. Но, если ты сделаешь так, как он требует, он и пальцем ее не тронет. Ему пришлось дать мне слово.
Мне стало нечем дышать. Он не мог так поступить. Только не Фиби.
– У тебя есть время до рассвета, а потом… – Он скрестил руки на груди. – Ты ведь сделаешь то, что он просит, да?