Кавалеристы ответили стоическим молчанием. Скрипела кожа, лошади переступали и ржали. Санин – на вид девяностолетняя старуха с седыми всклокоченными волосами и сморщенной, как чернослив, кожей − нагнулась в седле и сплюнула на траву жвачку.

− Мы скачем не ради леди Флинт или Фатрасты, − сказала она со своим северо-фатрастанским выговором. − Мы скачем ради Бена Стайка.

Всадники за её спиной понимающе закивали, по рядам пронёсся одобрительный ропот.

− Если ты хочешь, чтобы мы работали на леди Флинт, мы будем работать на леди Флинт. Мы подчинимся приказам. Но только не думай, что мы забудем, в каком состоянии нашли тебя в ту ночь.

− Так вот что вы чувствуете? − спросил Стайк.

Уланы хором ответили: «Да» и «Клянёмся, что это так».

− Потому что вы банда дурней, − проворчал Стайк. − Всегда такими были.

− Да, но это твои дурни, − сказала Ибана.

− Пожалуй, да. Полагаю, всё решено.

Он подумал о Ка-Поэль и о крови из её пальца. Он потёр лоб и спросил:

− У меня есть кровь на лице?

− Нет, − ответила Ибана.

Стайк опустил взгляд на руку. Там тоже не было крови. Может, ему всё это привиделось − Ка-Поэль, письмо Таниэля? Наверное, разум сыграл с ним шутку.

− А где моё знамя?

Ибана вернулась к седельной сумке и отвязала длинную трубу из промасленной кожи. Вытащила из трубы свёрток ткани, взяла его за один конец, и он развернулся. На жёлтом фоне с алой окантовкой красовался чёрный ухмыляющийся человеческий череп, пронзённый пикой. Стайк забрал знамя и потёр грубую ткань между большим и указательным пальцами.

− Шакал, − сказал он, − дай пику.

Он прикрепил знамя к пике и с кивком вручил Шакалу.

− Знаменосец, − продолжил Стайк, − веди нас в Джедвар. Нам нужно принять командование.

Глава 50 

Глава 50