Эммануэль роется в своих карманах. Монетка со дня экзамена так и осталась у нее.

— Мамочка, корзинка, — говорит она. — Корзиночка. — Она роняет монетку в ладонь Фриды. — Будь здорова.

Фрида начинает плакать. Она снова обнимает Эммануэль и благодарит ее. Она говорит Эммануэль, что комната оборудования вовсе не комната оборудования. Это лес с за́мком. Она будет спать особым сном. Как в сказке, которую они читали, — сказке о принцессе под стеклом.

Эммануэль кривится.

— Мамочка, я не хочу спать. Я не устала.

Куклы Линды и Бет уже в комнате оборудования. Вместе с куклой Мерил.

Фрида не говорит «до свидания». Она целует Эммануэль на прощание и говорит:

— Я тебя люблю. Мне будет не хватать тебя, детка.

Миз Руссо забирает Эммануэль. У дверей комнаты оборудования Эммануэль машет и кричит:

— Я тебя люблю, мамочка. Береги себя! Береги себя!

18

18

Кабинет социального работника выкрашен в голубой, в цвет дроздовых яичек — когда-то это был любимый цвет Фриды. К стенам прикреплены новые картинки: деревья, состоящие из рук, монстры и примитивно изображенные человечки, фотография размером с хороший постер — маленькая одинокая светловолосая девочка, по ее щеке катится слеза.

Слеза оскорбляет Фриду, как оскорбляет ее и маргаритка в руке девочки, как и тот факт, что это черно-белая стоковая фотография. Тот, кто сделал эту фотографию, вовсе не имел в виду ее использование в этом кабинете. Температура у Фриды поднимается. Она быстро моргает. Сердце у нее колотится громко и быстро. Она ни разу не бывала здесь утром. Пока длится ожидание, она отвечает на вопросы о переезде, признает, что живет на чемоданах. Она взяла кое-какую одежду из хранилища, разморозила банковские счета, вернула свою машину, привыкает к ней понемногу, ей повезло — она может остановиться у своего друга Уилла. Она еще не начала искать работу, не подыскивала жилья — у нее не было времени, она готовилась к суду. Сначала она должна пережить сегодняшние события. Она не знает, что будет завтра.

Сегодня первый вторник декабря, пятнадцать месяцев как у нее забрали Гарриет, четырнадцать месяцев назад она в последний раз держала дочку на руках, четыре месяца назад в последний раз разговаривала с ней по телефону. Сейчас должна состояться прощальная встреча. Вчера судья лишила ее родительских прав.

В базу данных ее не внесли — это не обязательно, если у нее нет ребенка. Судья обещала, что у них будет тридцать минут сегодня утром. Фрида проверяет телефон. Гаст не прислал ей никаких сообщений. Сейчас 10:07. Она никак не думала, что он может опоздать. Она спрашивает, не может ли его опоздание быть истолковано против нее. Двадцать три минуты недостаточно. Двадцать две недостаточно.