— А у нас есть морковка?

Рыбины легли на землю.

К счастью, выпотрошили их еще там, на берегу.

— Есть. И морковка, и чеснок… дикие, но тоже неплохо. Спасибо нашему дорогому Ирграму…

— А с этим что? — от Дикаря не укрылось состояние Карраго, который так и лежал, скукожившись и нелепо высунув руку.

Винченцо надеялся, что маг оклемается. Или что хотя бы мозговой удар его не хватит, а коль хватит, то сразу. Добивать раненых ему никогда не нравилось, но теперь как-то вот особенно, что ли?

— Обморок, — ответила Миара. — От переутомления… надо водичкой полить.

— Кстати, водички стало больше, — юный барон умудрился стать грязнее, чем был прежде, хотя Винченцо искренне полагал, что это уже невозможно. — Мутная только. Зато рыбы в ней! Плюхается. Кое-где.

И это тоже странно. Там ведь температура такая, что вода испарилась. И всякая нормальная рыба должна была, если не сгореть до костей, то всяко издохнуть.

А она плюхается.

— Мы вот, добыли, — Джер указал на рыбин.

— Молодцы какие, — неискренне похвалила Миара. — Только жарить сами будете.

И встала.

Руки отерла.

— А я… пойду умоюсь.

И удалилась к реке.

Винченцо вздохнул и направился следом. Все же… пусть здесь тихо и даже почти мирно, но отпускать её одну — неразумно. Приближаться он не станет.

Так, постоит неподалеку.

Посмотрит.

Как раньше… совсем как раньше.