— Позволишь? — Карраго перехватил руку Винченцо и прислушался. — Надо же… как любопытно.

— Что любопытно? — Миара вот ела и жадно, уже позабыв, что рыбу не любит.

— Его потоки… выровнялись. Ты посмотри, какая структура!

Восторг его заставил Миару расстаться с котелком, хотя и не без сожалений. Она чуть сморщила носик, вздохнула и отставила-таки его в сторону. Потом словно нехотя потянулась к брату, чтобы уцепиться за другую его руку.

— Между прочим, я тоже голодный.

— Ты взгляни… первичная структура восстановилась полностью, да и вторичная… а вот на этом уровне…

Карраго говорил тихо, Миара кивала. Потом молча протянула свою руку.

— Удивительно… даже тянет напроситься с тобой.

— Не стоит.

Миару Карраго осматривал куда как пристальней. И голову потрогал, и в глаза заглянул, наверное, будь его воля, и вскрыл бы, но… остановился.

Вовремя.

Сам котелок вернул, а к нему — пару кусков жареной рыбы добавил. К слову, местная была вполне неплоха, пусть мясо её и пованивало болотом, но это, право слово, мелочь.

— Хлеба бы… никогда не думала, что буду по хлебу скучать, — Миара рыбу жевала задумчиво, уставившись куда-то на черное поле реки. А вот делиться информацией не спешила.

— Ничего. Вот вернемся, я прикажу испечь для тебя булочки…

— Кому прикажешь?

— Были бы люди, всегда найдется кому приказать, — отмахнулся Карраго. — А у меня в башне повар отменнейший… он и булочки может, и хлеб, и пирожные получаются удивительно вкусные. Я люблю со взбитыми сливками и ягодами.

— Это не тот, который морковку с вехом путает? — поинтересовался Винченцо.

— Нет, того казнить пришлось, хотя жаль… подавал надежды. Но всегда приходится чем-то жертвовать, да…

— Еще немного и я соглашусь, — Миара облизала пальцы.

— На что?