— Ты скоро там? — голос Арчи вырвал меня из процесса, сейчас я бы мог там долго сидеть, вот пока вволю не наигрался, не вылез бы.

— Иду, — обернувшись, я по ногам увидел, что как минимум половина из гостей снова набилась в рубку, остальные подтягивались. Пришлось в темпе закрывать линзы заглушками, натягивать на обрезиненные наглазники шёлковые чехлы, вообще борьба с пылью мне теперь предстояла нешуточная, но это были те хлопоты, которые могли только радовать.

— Разрешите? — выбравшись из обзорной кабины и закрыв лаз в неё шторкой, я этим вопросом согнал со своего места прибориста. Тот довольно кивнул мне и слез, не отрывая взгляда от своего блокнота, всё у него, судя по виду, было пучком.

— Есть предложение, — в рубке, кроме всех остальных, находился ещё и Далин, он и затеял эту речь, — не затягивать с испытаниями. Все в своей работе уверены, штатный дефектолог, — тут он показал рукой на вылезшего Кирюху, — бдит, маги на борту имеются, так чего ждать?

Вообще-то по правилам мы должны были сейчас приземлиться, проверить весь корабль сверху донизу, устранить выявленные недостатки и только потом, вновь отметившись на этой высоте, походив на ней туда-сюда, лезть выше, на восемь километров. И потом всё то же самое, но уже на двенадцать.

— С нашей стороны возражений нет, — ответил за всех гномов Рагнар Далинович, — и, если ваш штатный дефектолог, — тут он коротко, одной шеей, то ли кивнул, то ли чуть поклонился Кирюшке, — будет максимально оперативен, давайте попробуем перейти к следующей стадии. Хотелось бы, правда, перед этим выслушать соображения магов.

— Маги согласны, — переглянувшись со мной и с Ларой, ответил за всех Арчи, тут же раскидав по нам обязанности. — Я отвечаю за герметичность корпуса, вообще за его целостность, Артём за тросовую систему, Пресветлая Лаириэн за всё остальное. И ещё, штурман, давай не будем спешить, хорошо? Ты же понял, о чём я?

Он толкнулся в моё сознание своими мыслями, попытавшись передать какой-то образ, и я кивнул, потому что понял и сумел распознать его. Арчи хорошо помнил мои подвиги по обработке Саниного вездехода, который отвёз нас на встречу с саламандрами, и Оиновский грузовик тоже помнил, и не хотел, чтобы я сейчас, ну или в ближайшем времени делал то же самое с «Ласточкой».

Во-первых, ну не при всех же, во-вторых, это было бы, скорее всего, уже необратимым изменением. Которое да, можно улучшить и развить, но через которое уже не прыгнешь. И ещё, он хотел принять в этом участие, он хотел сделать как минимум половину работы, у него были свои представления о прекрасном, но пока просто не мог. Я обещал его научить, конечно, как и он меня тоже много чему научить обещал, но водоворот событий и суматоха последних месяцев этому мешали и до дела у нас ещё ни разу не дошло.