— Как скажешь, — кивнул я ему, соглашаясь на все сто. Я и сам спешить не любил, да и страшновато будет одному впрягаться в такую работу, отвечать за которую придётся перед всем экипажем, включая Лариску с Кирюхой. — Без проблем. Как именно вверх полезем?

— Тебе виднее, — пожал плечами тот. — Кто из нас в училище учился — ты или я?

— Хорошо, — вновь кивнул я и повернулся к остальным, — внимание! Программа полёта будет такая! Сейчас восьмёрками, а не спиралью, полезем наверх, чтобы попробовать и левые и правые повороты. На прямых участках буду активно ускоряться и тормозить, учитывайте это. Останавливаться будем на восьми, десяти и на двенадцати километрах. Вообще держитесь так, как будто в шторм попали. Ну, или он вот-вот начнётся. О любых неполадках докладывать сразу же и коротко. Вопросы?

Но сегодня на борту подобрался настолько понятливый контингент, что не то, что вопросов не было, наоборот, это я мог бы у них чем-нибудь поинтересоваться, если б только сообразил, чем. Далин показал мне большой палец и вышел, отрядив по пути Антоху на кухню.

— Я спрошу, — чуть перегнулась вперёд Лара. — Мы же сейчас очень высоко поднимемся, правда? Как далеко оттуда видно будет?

— Ну, — прищурился я, вспоминая таблицы, — далеко-то далеко, но толку от этого никакого, ведь глаз не хватит точно, да и бинокля тоже. Потому что если на двенадцати километрах остановимся, то горизонт там примерно на четырёхста будет. Ну, или чуть больше. И это ведь ещё и от высоты объекта зависит, хорошую-то гору и с семиста углядеть можно. Хотя иногда бывает и много больше, иногда видишь то, чего точно видеть не должен, когда отражённый свет изгибается вдоль земной поверхности, но это не часто. И смысла от такого обзора мало, не разглядишь же ничего толком, да и облака мешают. Так, полюбоваться только.

— Хорош болтать, — Арчи был серьёзен и деловит, — все вас ждут. Давай, начинай потихоньку.

Я кивнул ему и, вытащив из гнезда свой бинокль и вручив его Ларе, застегнулся наглухо, одновременно с этим раскручивая своё магическое восприятие на полную, чтобы чувствовать корабль, как самого себя. Эльфийка и Арчи сделали то же самое, но только я, в отличие от них, пошёл немного дальше, мне нужно было чувствовать и ветер за бортом, плотность и влажность воздуха, его температуру, потоки и завихрения, и у меня получилось. Я как будто бы собственной кожей начал чувствовать всё вышеперечисленное и понимать, что из этого выйдет.

Понемногу затяжеляя винты, то есть по чуть-чуть увеличивая угол атаки лопастей, я стронул «Ласточку» из дрейфа и начал разгонять её против ветра, рассчитывая через несколько минут загнать корабль в первый в его жизни разворот с обратным креном.