А вот и он – дорожка из эфира, медленно тающая в пустоте, мерцающая лента жидкого огня.

Теззерет удивленно моргнул. Вопреки его ожиданиям, след вел не в безбрежность Слепой Вечности, а изгибался и поворачивал назад, совсем как если бы…

С криком, не слышным за ревом вечных ветров, Джейс Белерен бросился на Теззерета сзади, озаренный волшебным сиянием. Пелена света, отмечавшая границу мира, осталась далеко позади. Воля Джейса уносила их сквозь бескрайние невозможности, где даже направление и сила тяготения зависели лишь от желания. Они осыпали друг друга ударами, сопровождавшимися вспышками несфокусированной магии, которая в границах обычного мира могла бы принять форму заклинаний, но здесь оставалась лишь первобытной энергией, опаляющей тело, разум и душу. Они избивали друг друга так, как могут только злейшие враги. Исходящая от них злоба превращала окружающие потоки вероятности в острейшие клинки и ядовитые шипы, а они все лупили друг друга кулаками, локтями и коленями, как двое драчунов на площадке.

Там, где кровь и колдовская сущность вытекали из их ран, возникали невероятные формы жизни, существа, которых не было и не могло быть ни в одном нормальном мире, и тут же умирали, разорванные на части ветрами Слепой Вечности.

И вот, спустя время, которое не было временем, они остановились.

Вспыхнуло разноцветное сияние, и противники прорвались сквозь внешние границы другого мира, возникнув высоко в воздухе над тесно сомкнутыми кронами деревьев. Все еще размахивая кулаками и швыряясь теми слабыми заклинаниями, на которые им хватало концентрации, противники полетели к земле, продираясь сквозь десятки футов поросших мхом ветвей. Наконец они рухнули в мелкое болото и от столкновения разлетелись в разные стороны.

Оба с трудом встали, пытаясь отдышаться, отплевываясь от стоячей воды и стряхивая ее с себя. Джейс был с ног до головы покрыт царапинами и порезами, а его украденная одежда превратилась в лохмотья; прочное кожаное одеяние Теззерета защитило его чуть лучше, но большая часть его шевелюры сгорела, а кожа на левой руке покрылась волдырями от прикосновений магии телепата.

Джейс лихорадочно осматривался, пытаясь понять, где они очутились. Чуть дальше от нужного места, чем предполагалось, но – как он надеялся – не слишком далеко. Он сосредоточенно сузил глаза, и Теззерет выставил перед собой скрещенные руки, готовый отразить возможную атаку – но ее не последовало, а слабое свечение в глазах мага угасло, едва успев вспыхнуть.

Изобретатель усмехнулся, видя явную слабость врага. Обоим сильно досталось во время жесткого полета сквозь пустоту, и первый удар был за Джейсом, но даже слепец увидел бы сейчас, что Теззерет все еще куда сильнее своего противника. Джейс до сих пор был бледен, с черными синяками вокруг запавших глаз и красными пятнами ожогов на коже. Вся та мана, которую он сберег при бегстве из клетки, была потрачена во время нападения на Теззерета. Очевидно, что он держался из последних сил, а магия и вовсе покинула его.