Школа находилась недалеко от дома. В тот день занятия закончились рано. Четвёртый урок отменили, и школьники высыпали на улицу. Кто-то играл в снежки, кого-то увели домой срочно вызванные родители-бабушки-няни, кто-то, считающий себя самостоятельным, убежал гулять в примыкающий к учебному заведению лесопарк.

Лиза домой не спешила. Мама всегда приходила за ней после двух, поэтому внезапно приключившуюся «свободу» следовало использовать с толком. Вместе с двумя подружками она отправилась на игровую площадку в парке.

Мгновение, когда произошёл сдвиг, девочка пропустила. Маша и Рита раскачивались на качелях, Лиза на миг отвернулась, услышав собачий лай за деревьями, а когда повернулась обратно…

Дома и качели исчезли, исчез парк, вместо них перед опешившей школьницей расстилалась ледяная пустыня. Под ноги подкатился какой-то предмет. Когда она его рассмотрела, то просто упала без чувств. Этим предметом оказалась голова подруги…

Что было дальше, Лиза помнила плохо. Очнувшись, она куда-то пошла, потом побежала, пыталась кого-то найти, пробовала от кого-то спрятаться… Ночь она провела в каком-то подвале. Там было тепло. Утром в подвале появились двое бомжей. Их звали Болт и Сипатый. Сначала они хотели просто прогнать девочку, но потом Болт заявил: за то, что она целую ночь пользовалась их подвалом, она должна отработать. И Лизе пришлось «отрабатывать». Этот и все последующие дни. Просила на трассе милостыню, как и десяток таких же «потерявшихся» после сдвига детишек, возрастом от шести до двенадцати. С каждым днём ей становилось всё хуже и хуже. Видимо, болезнь, дремавшая внутри до поры до времени, после пережитого потрясения начала прогрессировать. Ещё немного, и, если верить доктору Свиридову, Лиза бы просто истаяла, как фитилёк от лампадки…

Сегодня страшное заболевание отступило.

Вопрос: надолго ли? Что будет, когда лечебный курс завершится?..

— Слушай, Михалыч, ты это, уколы делать умеешь?

— Лёх, ты меня уже спрашивал. Сколько можно? Я же тебе говорил: да, умею.

— Понятно. Я просто… Ну, в общем, волнуюсь, сам понимаешь.

— Не беспокойся. Всё будет хорошо. Никуда твоя племяшка не денется. Вернёшься из экспедиции, сам всё увидишь.

— Ну, хорошо. Убедил. Только у меня ещё одна просьбочка.

— Какая?

Трифонов «воровато» оглянулся и вытащил из-за пазухи толстый конверт.

— У вас в ИВТ всё ещё Фортов директор?

— Ну да. Он, хотя и опять Президент Академии, но каждые понедельник и среду, как штык, в институте.

— Значит, ты его в понедельник увидишь?

— Ну… наша лаборатория с флибром работает, ему это интересно. Так что, скорее всего, зайдёт.