Произошла долгожданная встреча начальника с подчиненными. Сэт дернулся было к Хо, но удержался. Он критически осмотрел нас, жмущихся друг к другу, как вытащенных из-под мамки котят, а потом фыркнул.

— Я напугался до чертиков. Когда увидел, как вы тут лежите. Подумал, что вас шлепнули и бросили кормить падальщиков… Ладно. Бегом в машину. Расскажите мне все по дороге.

Якоб Фитцвиль смотрел на развалины «Вечного рабочего».

Вокруг толклась куча зевак и взмыленных касок. Местность оцепили намертво. Не было никакой возможности попасть не то что внутрь, но даже просто оставаться поблизости долгое время. На него и так начали посматривать. Именно сейчас рубашка (желтая в зеленый ромб) была совершенно некстати.

Фитцвиль сплюнул и пошел к оставленному неподалеку грузовичку. Он сделал все что мог. О, да. Хотя бы посмотрел издали. Если Гарольд не погиб в заварушке, то безопасно вызволить его удастся не раньше, чем через месяц.

У грузовика его ждал сюрприз. Котик, эта жуткая улыбчивая псина, как раз заканчивал опрыскивать последнее колесо грузовика. Из-под машины раздался знакомый голос:

— Чел! Чел, это ты?

— Это я, а вы-то откуда взялись?

— Меня вышвырнули из вентиляции, когда ты… Уж не знаю, что ты там учинил, но было громко. Я упал на землю, а вокруг камни: бэм-бэм-бэм! Ну, думаю, вот и пришла мне крышка. И тут меня хватают за ноги и начинают волочь.

— За хвост Гарольд, за хвост.

— Ой, да ладно. Будем считать это одной здоровенной ножкой. Смотри какая мускулистая. Короче Котик меня спас.

— Странно, — Фитцвиль выволок Гарольда на свет, и вопросительно взглянул на рыжешкурого. — Мы лишили тебя дома… Вроде как.

— В-уф, — со сдержанной благодарностью ответил пес. — Ф-уф? Вуф-р-ау!

Он зевнул багровой пастью.

Фитцвиль поежился. Он мог поклясться, что Котик объяснил ему, что был ранней системой оповещения, прикованной к тысячнику. Но после гибели Верховного существа, обрел свободу.

— Да не за что, — осторожно произнес детектив. — Ну… Пока, что ли. Мы пошли. Пока. До свидания. Всего тебе, — он запихнул Гарольда в кабину, — хорошего.

Пес снова пугающе осклабился. Как будто намекая, что речь идет именно о «до свиданья». Не зря же он так тщательно пометил колеса.

«Хорошо, что тачка не моя», — подумал Фитцвиль, и дал по газам.

— Ну так что? — он взглянул на Гарольда. — Куда тебе?