ИХ растерянно посмотрел на грабителей – его вид вызвал у них ещё один приступ смеха, – затем неловким движением крайне напуганного человека открыл клапан сумки.

– Можешь орать сколько угодно, – произнёс первый, довольный покладистостью жертвы. – Здесь тебя никто не услышит. Но если будешь вести себя тихо, может быть, отпустим живыми.

– Спасибо, добрый синьор, – кротко ответил Бабарский, стреляя ему в грудь.

Будучи у контрабандистов, ИХ, с трудом ворочая языком, объяснил им, что нужно, после чего вновь отключился. Мелкие детали «заказа» формировал Занди, и он попросил добавить в список полезных вещей пару пистолетов. Боцман одобрительно похлопал юношу по плечу, а контрабандисты молча принесли требуемое. Узнав об этом, ИХ сначала возмутился, сказав, что отсутствие оружия – одно из главнейших доказательств законопослушности гражданина, потом плюнул и сказал: «Пусть валяется в машине», а когда увидел, что творится в Каслиди, пробурчал: «Кажется, ты был прав».

Ну а сейчас, в переулке, он ничего не говорил – он стрелял. Может, не так быстро и метко, как мессер, но умело и хладнокровно, чего Занди никак не ожидал от делового суперкарго.

Впрочем, Занди и от себя до недавнего времени ничего подобного не ожидал.

Выстрел – в грудь – первый валится на булыжную мостовую. Выстрел – третий, который с ножом, сгибается пополам, прижимая руки к животу. Выстрел – второй, который сдуру сделал шаг вперёд, – захлёбывается кровью, потому что пуля попала в горло. А четвёртого не было, потому что четвёртый бросился наутёк.

Хлопки выстрелов прозвучали не очень громко, однако оставаться на месте и проверять, не услышали ли их серифы, Бабарский не стал.

– Скорее! – И потащил Занди прочь.

Прочь из переулка, на улице – направо, идти медленнее, чтобы не привлекать внимание, к нужному дому подойти не с улицы, а через расположенный рядом сквер, войти во двор через задние ворота.

– Вы начали стрелять без предупреждения, – вздохнул Занди.

– Их было четверо. Они сильны и чувствовали себя очень уверенно. Мы находились на их территории и, как они думали, – полностью в их власти. Если бы я показал оружие, они, больше чем уверен, повели бы себя непредсказуемо.

– И вы начали стрелять.

– Думай, что хочешь, но я не собираюсь заканчивать дни в грязной подворотне Траймонго.

– Вы не похожи на человека, в кармане которого может оказаться пистолет.

– Поэтому с кем бы ты ни общался – никогда не забывай о вежливости, ведь в кармане человека, которому ты хамишь, даже самого безобидного на вид человека, может оказаться пистолет, – хмыкнул Бабарский. – Кажется, пришли.