— Малыш? — Лин приподнялся на локте, заглядывая ей в глаза, — тебе снилось что-то плохое?

Она прижалась к нему, сильнее вжимаясь в его грудь:

— Я расскажу… Потом… Утром… Хорошо?

Он кивнул в темноте:

— Хорошо.

Ни он, ни она не заметили, как последняя капля нанов Холма выскользнула из Ник, прячась в доме — Холм решил, что ему силы нужнее, а Ник и так есть кому защитить.

Проснулась она в одиночестве. Резко села в кровати, прислушиваясь к дому — шумела вода на кухне, что-то вкусно шкворчало на плите, и еле слышно двигался Лин. Дом. Родной и понятный дом. Ник улыбнулась просто так — хорошему утру, прогнавшему кошмары, отличному настроению, вопреки всяким снящимся зеленоглазым лордам, дому, несмотря на его интриги, Лину — вот ему только за сам факт существования, дороге — сразу всему, натянула на себя серую толстовку, и пошла на кухню — на шорохи.

Ник замерла в проходе кухни, любуясь — Лин, босиком стоя у плиты, в джинсах и белой футболке, готовил завтрак — кофе в турке, жаренные колбаски и яичницу. Просто готовил завтрак. Не пританцовывая. Не напевая. Не подкидывая сковородки и другую посуду. Он просто готовил, и этого было более чем достаточно.

Лин обернулся на Ник, улыбаясь:

— Не смотри так хищно — вечером получишь свою футболку, а сейчас не дам — самому нужнее. И доброе утро!

Ник кивнула:

— Доброе! — она потянулась на цыпочках и достала с холодильника свой список требований к принцу. Отряхнула его от пыли, села за стол, внимательно его просматривая.

Лин, накладывая яичницу, уточнил мимоходом:

— Что-то не так?

Ник кивнула:

— Это не тот список. В моем списке принц должен был уметь ездить на белом коне. — она потерла задумчиво виски. — Это было важно — именно белый конь.

Лин поставил перед ней тарелку с едой и кружку кофе, потом накрыл для себя:

— Разберемся. — Он сел рядом и первым делом сделал глоток кофе. — Ведь списки могли пропадать и теряться. Ты могла переписывать их. Ты могла составлять списки по новой. Ты же была ребенком.

Ник медленно кивнула и принялась есть.

— Знаешь, я тебе не говорила… — она глубоко вздохнула и призналась: — «Принц должен уметь» — это номер интера.