Её плечи печально вздрогнули. Напоминаний о Ханыли она не хотела. Это была очередная её глупая ошибка.

Лин вздохнул:

— Не хочешь… А… — он бессильно обводил взглядом площадь, ища, что же может порадовать Ник. — Хочешь сэндвич? Чурос? Пиццу с анчоусами? Что-то острое или пряное? Мать всегда во время беременности тянуло на соленое… Ники? Ответь мне… Прошу…

Она чуть отодвинулась в сторону, заглядывая в глаза Лину:

— Ты знал?

Он покаянно кивнул:

— Знал, конечно. Это сложно не заметить, Ник. Пицца с анчоусами и фисташковое мороженое редко сочетаются…

Она уткнулась ему в надплечье, сильнее обнимая за шею:

— Знал и отпустил…

— Ты имеешь право, Ник, делать то, что хочешь. Я же говорил — я тебя дома не запру, хоть иногда и хочется до ужаса. Хочется приходить домой и знать — ты дома. Ники…

— Ты самый лучший, и я даже знаю почему!

— И почему же?

— Потому что все просто принцы — Эван, Маки, Брендон, Тамиор, Закат, Ханыль… Они просто принцы, а ты — король.

Лин раскатисто рассмеялся, его смешки проникли под кожу Ник, понеслись мурашками по мышцам, приятной дрожью отдавая в позвоночнике, и хотелось… Хотелось просто быть с Лином рядом. Сейчас. Дома. В одиночестве. Только он и она. И больше ничего для счастья не надо. Она забудет про прошлое, если у неё будет будущее с Лином.

Только внезапно ожил интер, который Лин не имел права игнорировать. Он, извиняясь, принял звонок, отвечая односложно: «Да… Слушаю… Понял… Буду…». Ник понятливо встала с его колен, целуя Лина в лоб:

— Иди…

— А ты?

— А со мной все будет хорошо.

Лин ласково попросил её:

— Иди домой, пожалуйста.