— Тогда еще я не была беременна. И хватит это обсуждать. Хорошо? Вот словно беременных никогда не видели.

Зорро тихо пояснил:

— У нас они по домам как-то сидят, Ник. Привычка прятаться от ловцов и проверяющих.

Ник скривилась:

— Я вообще не понимаю — кто-нибудь соблюдал Пакт о совместном проживании видов?

Лин забрал у неё из рук пустую кружку:

— А как его было соблюдать, когда у оборотней чаще всего двойни рождаются? Да и… Все сложно было, Ник.

Она лишь кивнула — сложно. У Росси — трое детей, у матери Санторо — двое, и ведь они не одни такие… А Бюро переписи оборотней регулярно сообщало, что Пакт соблюдается, что количество оборотней под жестким контролем. Может, потому и не воспринимали всерьез волнения в гетто, вылившиеся в войну. Просчитались — численность оборотней оказалась на порядок выше, чем официальная статистика. И рогатые орки, как же ей повезло, что она стала работать ловцом после войны, а не до… Думать, в какую бы грязь ей пришлось окунуться из-за Пакта, не хотелось.

Родриго неприлично уперся взглядом в живот:

— А с двойней вариант, да. Тогда понятно, почему живот такой…

Ник вздрогнула, выныривая из своих мыслей:

— Что?! — вот ей только такого счастья не хватало еще…

Лин тут же притянул её к себе:

— Ники, просто лигры вообще сами по себе большие.

Родриго открыл было рот, даже попытался что-то сказать, типа «А разве лигры бывают?», но Зорро спешно его заткнул:

— А разве вы не проходили обследование?

Ник сурово заметила:

— Пройду. Но не сейчас. Когда-нибудь. — не объяснять же, что сперва боялась огласки, а потом как-то не до этого стало.

Зорро улыбнулся:

— Главное, чтобы не сильно поздно — беременности имеют тенденцию заканчиваться.