— А, поехали, отдохнем — мы опережаем график. Подожди тут, схожу за машиной…

Уже сидя на пассажирском сиденье, Ник посмотрела на задумчивого Лина и тихо спросила — слова о крионежити не давали покоя:

— Мы сейчас с тобой об одном и том же думаем? — Ведь отдых отдыхом, а крионежить сильно отдавала Ледяным Холмом.

Лин, внимательно следя за дорогой — она была узкой для их монстра, вздохнул:

— Бункер…

Ник не сдержала улыбку — Лин всего лишь притворялся, что умеет только взрывать и отступать. Он был очень сообразительный и умный, а там, где ему не хватало знаний, без труда признавался в собственном невежестве и просто учился.

— Да, бункер в Ледяном Холме, — повторила за ним Ник. — Ты говорил, что тогда даже Крови Холмов не нашли… Может, потому, что все лорды успели укрыться в бункере?

— И вот где тогда они сейчас? — хмуро сказал Лин, лихорадочно крутя руль — дорога петляла среди деревьев. — Все эти ледяные лорды и леди… Они же явно злы на округ и его руководство…

— Ушли порталами и смешались с лордами других Холмов? Или до сих пор заблокированы в бункере.

— Может быть…

Ник не хотела вспоминать, а тем более говорить это именно Лину, но надо:

— Тамиор свободно пользовался магией, именно тем, что мы называем магией. Я так понимаю, что, судя по названию, все лорды практиковали лед…

Лин повернулся к Ник:

— Ты хочешь сказать, что, возможно, они все были изгоями?

Она пожала плечами:

— Не знаю… Но Тамиор преподавал в Университете, и, по словам Дена, хорошо преподавал… И он пользовался льдом, как и все остальные лорды.

— Значит, надо будет встретиться с Закатом и уточнить у него про Ледяных. Быть запертым заживо даже в бункере для выживания — так себе перспективы…

Он не стал говорить, что если все ледяные — изгои, то и порталы для них закрыты. Это и так очевидно.

— Займемся? — осторожно предложила Ник, не упоминая пока, что Закат снова грозился её убить.

— Займемся, — подтвердил Лин, тормозя перед мостом у довольно добротно сделанной зоны отдыха. — Но сперва разберемся с Ханылем. — Он распахнул дверцу и встал: — А ничего тут, хорошо…