— Ты так выросла, Сэм. Стала совсем взрослой. А я так и не научился готовить блинчики…

Ник прикусила губу — ей хватало и Лина. Новый принц ей был не нужен. Она же не могла ради Ханыля… Она же не могла в детстве считать его принцем и ради него попытаться вырасти? Не О Ханыль же причина того, что ей двадцать пять, а не восемнадцать? Дети доверчивы и глупы, она не исключение, но не хотелось думать, что она специально выросла для Ханыля. Это было бы совсем… Глупо и отвратительно.

Ханыль повернулся к Лину, протягивая ладонь для рукопожатия:

— Ха Ныль. А вы, значит, Росси…

— Можно обращаться и по имени. — немного сухо сказал Лин — он заметил, как изменилось настроение Ник.

— Я должен тебя поблагодарить, Линдро, за то, что заботился о моей девочке.

Ник сжала челюсти — наглость Ханыля ей не нравилась. Может, в детстве, он ей и казался принцем, но сейчас… Нет. Даже если она была настолько глупа, что повзрослела ради Ханыля, сейчас все иначе.

— Пройдемте, — Ханыль радушно указал рукой на кабинку, в которой их ожидал. — Я взял на себя смелость заказать любимые блюда Сэм. Надеюсь, твой вкус не изменился.

Ник пробурчала себе под нос:

— Нет, я протухла.

Лин понятливо обнял её и прижал к себе. Ханыль только удивленно оглядел их и первым пошел за водную завесу кабинки. Ник глубоко вдохнула и подняла глаза на Лина, вспоминая свой список требований к принцу.

— Лин… Скажи… Это же ты приписал тогда под требованием «Никаких оборотней!» фразу «За исключением одного»?

Его сложно было заподозрить в таком хулиганстве, он слишком серьезен для такого, да и Маки больше походил на нахала, решившего вмешаться в её поиск принца, но…

Лин, совершенно не понимая, почему Ник заинтересовало это именно сейчас, честно признался:

— Я. Я хотел, чтобы у меня все же был шанс. Понимаю, что совершенно глупо, но…

— Спасибо! — робко улыбнулась Ник. Это было то, что надо: знать, что Лин боролся за право быть принцем. — Спасибо…

Она пошла следом за Ханылем. Пусть в детстве она была глупой, сейчас она сделала свой выбор и не изменит ему.

Кабинка была вполне обычной — круглый, отдающий пластиком стол со странным, небольшим углублением в центре, удобные стулья в футуристическом стиле, несколько голокубов над столом — изображение перетекало из одного в другой, освещая полумрак кабинки. Заодно картинка праздника проецировалась и на водную завесу, создавая ненужный эффект присутствия в толпе ликующих. Сейчас в голокубах танцевали и что-то приглушенно пели.

Ханыль и Лин сели за стол только после Ник. Она нервно поправила кружево на блузке и положила руки на столешницу — пусть и вызывающе невоспитанно, Тамиор был бы в шоке, но так было удобнее.