Кое-где в траве мелькали красные стрелки — указатели путей эвакуации, ломая иллюзию пребывания на Другой стороне, как иногда еще называли мир фейри. В воздухе нет-нет да возникали еще какие-то таблички. Наверное, планы этажей или еще что-то.

Дорога пошла под уклон к каким-то «древним» развалинам — была видна часть каменной невысокой ограды и воздушная, легкая арка.

— Как ты? — спросил Лин. Он все еще волновался.

— Нормально, — тихо сказала Ник.

— Ты не привыкла к вирт-экрану. Я-то постоянно с таким работаю. Хотя, конечно, внешний вирт и внутренний — разница большая.

Ник передернула плечами:

— И как они с таким живут? Мешает же.

— Может, они с рождения привыкают взаимодействовать с виртом? А что, удобно. Младенец всегда по присмотром, где бы ты сам не был. Включил на вирте колыбельную или мульт, или образовательную программу… Ребенок занят, а у тебя все под контролем.

— Скажешь тоже… Это же ужас. Получается, что к ребенку можно вообще не подходить, пока он не станет нужным? — Она передернула плечами. Хотя на миг, на краткий миг Ник испытала облегчение — оказывается, ребенок может и не быть обузой, он может вообще не требовать длительного присутствия рядом. Хотя… Она даже сбилась с шага. Она не помнила своих родителей. Она думала, что не помнила их из-за последствий бомбардировки, но ведь в памяти всплыла встреча с Закатом. Пусть не вся, пусть фрагментарно, но всплыла же. Значит… В чем-то Лин прав. Она не помнила родителей, потому что их, возможно, в её жизни и не было.

Лин задумчиво посмотрел на неё:

— Все в порядке?

Ник сердито поправила наползшую на глаза челку:

— Нормально. Правда, нормально, Лин. — Она сама не будет прибегать к воспитанию через вирт-экран. Она сама не бросит своего ребенка, она постарается справиться. Как-нибудь. Справится.

— Заметила, как легко мы получили доступ к нейронету? — Лин оглядел каменную арку, даже прикоснулся к нагретым солнцем камням, проверяя их на реальность, и прошел через арку. За ней была каменная лестница, ведущая к старой, мощеной камнями площади — между камнями пробивалась трава. На три стороны света шли дороги, тоже каменные и старые. Ник выругалась — вот же кто-то заморочился иллюзиями, она-то помнила по Холму Ткача как это все выглядит на самом деле.

— Угу, — пробормотала она в ответ, выбирая узкую дорожку, ведущую к очередным развалинам — зоне отдыха. Ник до сих пор слышала рой, только копаться в инфосети уже не хотелось.

— Значит, раньше рои свободно общались друг с другом через нейронет. Да и если вспомнить Заката — он из королевского рода, а его друг был из…