— Значит, хотят крови вельменно? — Эйдон сощурился и смерил управляющего жестким взглядом исподлобья, отчего тот побледнел и втянул голову в плечи.

— Прошу вас, капитан… Все эти убийства… Мы простые люди, не привыкшие к подобным ужасам… Будьте справедливы…

— Об этом можешь не беспокоиться. Я готов поклясться всеми тремя шпилями сразу, что, когда мы закончим, каждый получит по заслугам.

— А те девушки, которых ты приставил к госпоже? — В разговор вступил Мартон. От Эйдона не укрылось, что в голос молодого гвардейца закралась едва заметная дрожь.

— Они? Должно быть в крепости… Но к чему вы спрашиваете? Разве не важнее…

Кажется, в этот момент взор управляющего впервые упал на залитую кровью мостовую, на разбросанные повсюду тела, на отсеченные головы и конечности — Бравил-старший округлился в глазах, испуганно икнул и мелко задрожал всем телом.

— Это… это что? Это же… — ему никак не удавалось подобрать верных слов. — Но как же так? Они же… все…

— Долгая история, — отмахнулся Эйдон. — Слушай, и запоминай. Отправишься в крепость, найдёшь несколько верных людей — от моего имени обещай им всё, что сочтёшь нужным. Возьмешь под охрану служанок, которые помогали госпоже. Пусть запрутся там, где не каждый слуга сумеет их найти.

— Но я не понимаю…

— И не требуется. Помни, Бравил: за их безопасность отвечаешь собственной головой.

— Спасибо, — едва слышно выдохнул Мартон.

Эйдон, тем временем, продолжал:

— Закончишь с этим делом, собирай верное ополчение и добровольцев. Сообщи им, что отныне все они призваны на службу вельменно Бьяла и действуют в их интересах. Когда будешь готов, отправляйся к воротам, здесь потребуется твоя помощь.

— Будет исполнено, — поспешно закивал управляющий, однако не ушёл, а продолжал стоять, переминаясь с ноги на ногу и пряча глаза.

— Что-то ещё?

Бравил-старишй проглотил слюну и с отрешённостью человека, который только что принял свою судьбу, произнёс:

— Среди восставших… там… Там мой сын.

— Догадываюсь, — кивнул Эйдон. — Однако ценю, что ты сам об этом сообщил. Теперь ступай и постарайся не попадаться на глаза своим подопечным. Лампу можешь оставить, незачем привлекать лишнее внимание, доберёшься.

Управлявший послушно опустил светильник на землю и неуклюже засеменил вверх по улице. Шагов через сорок он нырнул в неприметный переулок и без следа растворился во мгле.

— А крысёныш, я смотрю, времени даром не терял, — холодно заметил Нильсем, останавливаясь рядом с Эйдоном