— Но всё же, хотел Дух того или нет, а кое-что он мне всё-таки дал.

Кристина отлично помнила, о чём они говорили незадолго до того, как её затянуло в Провал. Обернувшись к терпеливо дожидающейся пояснений Хель, она твёрдо объявила:

— Я знаю, что это за мир.

Мир, разрушенный собственными обитателями; мир, в котором Перекрёстки были некогда предметом культа, и — самое главное! — мир, в котором когда-то были такие, как она — и которых больше в нём не было.

Это многое объясняло.

Ему нужно было что-то в этом мире. Что-то, до чего могли добраться люди, вроде Кристины, способные не только выжить на Перекрёстке, но и манипулировать Провалами. Вот только последний исследователь Троп пропал без вести более четырёхсот пятидесяти лет назад, а оставшиеся ученики, судя по тому, как пренебрежительно Дух о них отзывался, его явно не устроили. Остальных, если предположить, что исследованиями занимались именно жрецы, перебили вельменно, несколько расстроенные тем, что по вине жрецов только что рухнул весь привычный мир. Нужных ему людей в этом мире либо не осталось вовсе, либо до них было слишком сложно дотянуться. Так что же делать?

Кристина зло скрипнула зубами и до боли стиснула кулаки.

Недавно Хель назвала её «орудием», и, очевидно, знающая толк в подобных вещах вельменно не слишком ошиблась. Именно им Кристина и являлась: найденным, подобранным где-то на другом конце Вселенной, заботливо выращенным и тщательно подготовленным орудием, которое только ждало своего часа, чтобы быть пущенным в ход. Кто же мог предположить, что шуруповёрт неожиданно взбунтуется и попытается сбежать?

Впрочем, это, судя по всему, случилось уже не в первый раз: Дух утверждал, что пропавший исследователь напоследок успел его впечатлить. Незначительная, казалось бы, деталь, но она сама по себе говорила о многом — например о том, что это существо, кем или чем бы оно ни было на самом деле, в принципе возможно удивить. А это означает, что его также можно обмануть или даже перехитрить.

Была и другая деталь, которая теперь заиграла другими красками — то, что Дух по какой-то причине не мог или не хотел вмешиваться в события. Возможно, просто был уверен, что рано или поздно всё само собой сложится в его пользу. Тем лучше! Пусть и дальше так думает, а она тем временем попытается разобраться в том, что ему понадобилось от её предшественников.

«Символ, жрецы, исследователь и его ученики», — перечислила зацепки Кристина, возбуждённо постукивая обожжёнными пальцами по колену. С чего начать?

Поиски жрецов она отбросила сразу же — слишком рискованно, учитывая, насколько нервно могут отреагировать вельменно. Но никто ведь не запрещает ей искать информацию о совершенно безобидном символе, который до сих пор используется на письме; кто знает, может быть у него были и другие значения. Наконец, нужно выяснить, кем был тот исследователь и, если повезёт, раздобыть копию его дневников.