Когда брешь в стене увеличилась футов до восьми, с земли в него стали стрелять. И хотя варвар разворачивал наружную от замка стену башни, он стал действовать осторожней. Он знал, что попасть в него с такого неудобного угла невозможно, но совсем не хотел наколоться об какой-нибудь из залетевших наконечников.

А на то, чтобы обежать замок, и стрелять в него с действительно опасной стороны, нужно время. С ним-то он и сражался! Кроме того, он всё ещё опасался за свой тыл — не вылез бы сам Юрденна, чтобы остановить его очередной магической гадостью! И не пробились бы загипнотизированные стражники через запертую дверь снизу!

Поэтому он не останавливался ни на секунду, круша и ломая, и лишь бросая мельком взгляд то под ноги, то на дверь. Липкий горячий пот заливал глаза, и даже если бы вода испарилась — он не боялся: он весь был мокрее мыши! Боялся же он только одного: не выпустить бы молот из ладоней!..

Никогда ещё время не тянулось для него так медленно! Никогда он ещё не прилагал таких усилий — и не на поле боя! Однако план его, хоть и походил на экспромт, был продуман, выстрадан, и… Сработал.

Он так и не узнал, что делал у себя Юрденна, чтобы остановить его — возможно, он отвлекался на какие-то спасительные для Конана мгновения, чтобы отомстить чертовке Наине, или рассылал в другие, более удобные для обстрела места арбалетчиков… Но очевидно — ничего путного против тактики варвара он предпринять не успел: кроме его иногда затихавшей отчаянной ругани и усиливающегося потока стрел, киммерийцу ничто не мешало в его пыльной и опасной работе.

Когда до второй наружной бойницы осталось фута три, тон карлика вдруг стал совсем другим… А уж слова-то:

— Остановись же, Конан! Выслушай! Да, признаю: я был не прав — ты не производитель-идиот, а хитрый и мужественный воин! Настоящий Король! Почему бы нам не объединить — на добровольной, естественно, основе! — наши силы?! Что там какая-то жалкая Аквилония: весь Мир может лежать у наших ног! Послушай, это не преувеличение — весь МИР! И мы с тобой — хозяева! Мы бы навсегда покончили с разорительными войнами, наладили торговлю, мы бы правили мудро! Люди были бы счастливы и сыты! Я могу даже подарить тебе Бессмертие! Я…

Конан даже не затруднял себя ответом — это сбило бы его с дыхания.

Он ни на секунду не усомнился — враг просто пудрит ему мозги, пытается задержать до того, как арбалетчики добегут до башни снаружи. А махать кувалдой становилось всё тяжелей! Но он видел: цель близка. Осталось чуть-чуть! Ещё несколько футов, и верхушка башни рухнет со своих ста пятидесяти футов высоты!