— Надеялся переманить тебя на нашу сторону, — хмыкнул император, — Глупо, конечно, но ты ведь все же человек, Виктор… Я надеялся на твой гуманизм. И на твое благоразумие. На то, что ты выберешь правильную сторону. А теперь ты не оставил мне выбора.

— Вы сами не оставили себе выбора, люди, — парировал я, — Вы были призваны в этот мир, чтобы мудро править зверорасами, а вы построили тут натуральный концлагерь.

— Это и есть мудрое правление, — не согласился император, — Зверорасы порочны. Они заслуживают своего положения! Ты и сам это рано или поздно поймешь, если еще не понял.

Его слова мне были как ножом по сердцу. Я вспоминал моих пьяных орков и предавшую меня Дар, а еще высокомерных эльфов с гномами, трусливых ящеров и понимал, что император отчасти прав.

Но отступать теперь уже было поздно, да и некуда.

— Ты не можешь меня убить, — бросил я императору, — Я — Первообраз человека. Исполняющий волю мира. Люди теперь завязаны на меня. Если я умру — потеряете остатки системных сил. Я знаю, что вы уже ослабли, даже не думай отрицать.

— Я не отрицаю, — император пожал плечами, — А убить тебя всё равно придется, Виктор. Если честно, я и сам не знаю, что будет, когда ты умрешь. Раньше Первообразом человека был Аменахин, а когда он погиб — им стал ты. Так что Первообраз человека всегда так или иначе присутствовал в мире. Наверное ты прав. Когда ты погибнешь — мы ослабнем. Но если оставить тебя в живых — ты убьешь многих хороших людей и попьешь много нашей крови. Я испугался в начале, когда ты предал нас, я не знал, что делать, не буду скрывать. Но сейчас ситуация такова, что я готов рискнуть. Или ты, или мы. Тут нет третьего варианта.

— Вообще-то есть, — не согласился я, — Отдай мне последнего хранителя. Когда я уничтожу его — люди лишатся остатков системных сил. И станут просто еще одной расой этого мира. Мирной и беззубой расой. Отдайте мне хранителя, потеряйте системные силы, и я всех вас прощу.

— Ха! — император мрачно усмехнулся, — Ты сам сознаешь, что ты несешь, Виктор? Ты сам-то в это веришь? О каком прощении ты толкуешь? Если мы потеряем наши силы — зверорасы нас всех тут же перебьют, до последнего ребенка. Они никогда не простят нас за то, что мы сделали.

— Вам в любом случае конец…