И опять глянула в свое отражение. Но оно показало, что не все еще сделано и лицо требует дополнительного ухода. Тогда она отыскала засохшее дерево, растолкла булыжником его черную древесину и полученным порошком натерла лицо. А потом опять наклонилась к воде. И вот увидела, что стала по-настоящему прекрасной дамой. Тогда она оглядела свою одежду и убедилась, что зачинила ее прекрасно.

Но, поднявши голову от своего отражения, чтобы припомнить, все ли исполнено, она вдруг увидела у реки Сатира, который злобно рыскал по джунглям с того самого момента, как она исчезла со скалы, и вот объявился теперь перед ней.

«Эге! А ты, оказывается, и правда пресловутый вредоносец, или, как прозвали тебя люди, смертоносный злоумышленник Темных джунглей!» — со страхом и удивлением подумала Симби.

Она подбежала к своим богам, которых оставила сушиться под солнцем, быстро спрятала их в обычную сумку и повесила сумку на левое плечо. А потом, неколебимая, как прибрежная скала, без всякой робости сказала Сатиру:

— Подходи, злосчастный нечестивец и жалкий живоглот, я готова сразиться с тобой до смерти, гнусный губитель невинных путников и коварный каннибал Темных джунглей!

— Ух-ххух! А я-то собирался сжалиться над тобой, когда ты попадешься мне среди джунглей, и заживо посадить тебя в клетку на несколько дней, прежде чем убить и съесть! Но теперь я прикончу тебя сразу же — в отместку за твои горделивые словеса!

Пока Сатир запугивал Симби, свыше тысячи злоехидных тварей сбежались из джунглей на берег реки. И все они злорадно орали от удовольствия, думая, что Сатир, без всяких сомнений, прикончит Симби за две секунды.

Сатир злонамеренно подскочил к Симби и так долбанул ее сверху по голове, что она уменьшилась до одного фута. Но пока он пытался поймать ее у земли, она неожиданно подпрыгнула вверх, и к ней вернулся ее обычный рост. А потом она ударила врага по глазам, и он, не успевши защитить их, ослеп, но, пока она пыталась окунуть его в речку, чтобы он захлебнулся под водой до смерти, ему удалось вернуть себе зрение противоударным злотворным средством. Он яростно дыхнул на свои ладони, и они раскалились добела, как железо, и он попытался обхватить ими Симби с расчетом сжечь ее до мгновенной смерти, а увидел вместо этого, что она нырнула в надежде спастись от сожжения под воду, но и он сейчас же нырнул вслед за ней, чтоб сжечь ее раскаленными ладонями прямо в речке.

Он шарил ладонями по речному дну, и они постепенно у него остывали, а Симби обернулась водяным насекомым и стала сновать по поверхности воды, но это была последняя уловка, которая оставалась у нее для спасения.