Увидевши на поверхности воды насекомое — а других существ поблизости не было, если не считать злоехидных тварей, — Сатир схватил его и принялся рассуждать:

— Это насекомое зовется Ироми. Однажды, когда мы взаимно единоборствовали с пришлой сюда откуда-то дамой (Симби) и я не смог ее победить, она похвалялась перед боем, что может превратиться в «Иро…», но ничего не говорила про Ироми, а это явно Ироми.

И он небрежно отшвырнул насекомое, и оно торопливо отплыло подальше.

Сатира запутало название «Иро…», которое он услышал перед битвой от Симби, а та не успела проговорить «Ироми», потому что ее перебила Рэли с мыслью не дать ей открыться врагу и оборвала ее речь такими словами: «Ой, не открывай всего, что ты можешь предпринять…»

И Симби оборвала свою речь на «Иро…», вместо того чтоб сказать «Ироми».

А Сатир задумчиво постоял у берега, но потом опять подхватил насекомое и разглядывал его минут пять или шесть, рассуждая про себя приблизительно так:

— Да, это Ироми, а не «Иро…», и получается, что дама говорила не про него.

И он опять отшвырнул насекомое.

А все остальные зловредные твари молча толпились на речном берегу, чтобы не помешать рассуждениям Сатира.

И вот насекомое-то Сатир отшвырнул, но сам по-прежнему остался у берега в надежде не упустить нырнувшую Симби, когда она снова вынырнет на поверхность.

Вскоре насекомое вспорхнуло с воды и нежданно влетело в ноздрю Сатира. А внутри ноздри начало кусаться, да так, что не минуло и пяти минут, как Сатир до безумия ошалел от боли. Он как безумный бегал по берегу и орал, будто его резали живьем, и выдувал воздух из обеих ноздрей, но кусачее насекомое не желало выдуваться. Сатир метался туда и сюда, налетал на деревья и врезался в утесы, а кусачее насекомое кусалось все больнее, и Сатир метался все неистовей и безумней, а зловредные твари гонялись за ним и весело хохотали во все свои глотки, думая, что он просто-напросто резвится.

Но когда он свалился на землю и умер, они страшно перепугались и немедленно разбежались.

А Сатир, падая, так ужасно взревел, что Темные джунгли сначала застыли, потому что их сковал леденящий испуг, но сразу же крупно задрожали от страха; и дрожь мгновенно выдрала из земли многое множество огромных деревьев, а горы, утесы, скалы и проч, едва не рассыпались, будто при взрыве.

Когда Сатир окончательно умер, насекомое выползло из его ноздри, сползло на землю и превратилось в Симби.

Так Симби уничтожила смертоноснейшего Сатира, пресловутого сторожа Темных джунглей.

А потом, радостная, ушла от реки. И ее уже никто не мог испугать, потому что ей удалось наконец уничтожить самое смертоносное существо в джунглях.