Грязно-розовый свет.

Асура не могла забыть этот цвет. Стоило только закрыть глаза и сияние отвратительной чакры возвращалось в кошмарах, напоминая о той жизни, которую она никогда не сможет вернуть. Куда бы Аша не отправлялась, куда бы не стремилась — грязно-розовый огонь чужой чакры горел за спиной, подгоняя, толкая вперед, не позволяя расслабиться. Искры божественных врат вселяли ужас, страх и опустошение. Только не останавливайся, только не умирай, беги вперед, пока не исполнишь свое предназначение. Никогда не проигрывай, Аша!

Ее мысли? Чужие мысли? Есть ли разница?

От встречных ударов уворачиваться было слишком легко. Движения Эйна были ленивыми и скучными, зато каждое со смертоносным визгом разрезало воздух. Стоит ей оступиться хоть раз — простого касания будет достаточно. Противник представлялся ей гадюкой, коброй, змеей, источающей смертельный яд, капающий с клыков. Аша, в свою очередь, была совсем другим зверем. Бесстрашным, быстрым, могучим, ловким. Она сокрушала оппонента тяжелыми ударами, не чувствуя усталости. Эйн падал на землю, подлетал в воздух, но обязательно поднимался. Ни одна атака не могла пробить его темно-пурпурную облачную броню, затягивающую мужчину на манер бесформенного балахона монаха. А еще был тот самый глаз, манифестация чакры, фиолетовое око, глядящее на асуру со лба воина.

Только не сдавайся!

Сколько раз она слышала эти слова? Аша всегда относилась к ним, как к некой команде. Она никогда не искала поражения, но похожие слова сверлили голову, заставляя забывать о слабости и страхе с того самого момента, как она ступила на дорогу воина.

Путь, что выбрали за тебя.

А какие у нее были варианты? Гнить в трущобах, довольствуясь объедками? Сидеть и помалкивать, трясясь каждую ночь, ожидая, когда дэвы найдут их убогую лачугу и закончат начатое?

Ни одной королевской асуры не останется в живых.

Этого они добивались. Уничтожить ее род, стереть их вид с лица земли. Да и за что? Потому, что они были родственниками Потерявшего Имя? Разве одного этого достаточно, чтобы испытать на себе неиссякаемый гнев богов?

Ты ничего не знаешь о нем!

Почему ее внутренний голос расстроен? Почему она не слышит слов брата? Когда они сражались, то всегда бились вместе, он стоял рядом, делясь своей силой и помогая одержать победу. Но в последнее время его голос стал угасать, а может она перестала так часто взывать к нему? Сейчас ей бы пригодился его совет.

Твой брат давно погиб, там, в одной из комнат черной арены.

Нет, она отказывалась в это верить. Тот, кто становится распорядителем, получает золотой билет желания. Она может пожелать все, что угодно. Даже возродить Амита и богам придется выполнить ее требование, ибо таковы их законы.