— Ну, ежели на то пошло, то у меня было столько женщин, что если бы их всех поставить в затылок, можно было б три тысячи раз обмотать всю вашу Старую гвардию, построенную в каре. И еще на вашу свиту бы осталось.

Коленкура передернуло, как от зубной боли.

Наполеон с интересом наклонил голову.

— Вы не наследный принц и не падишах. Простой гусарский офицер, один из тысяч… В чем же ваш секрет? Почему вас так любят женщины?

— Потому что я их люблю, сир.

— И это всё?!

— Я их очень люблю.

— Что значит «очень»?

— Очень часто.

— Сколько же?

— В зависимости от времени года. Летом — в три раза больше.

— А-а, так у вас сейчас самый пик? Вы даже на императоров кидаетесь.

— Это уже не от любви, сир, а совсем наоборот. — Ржевский приосанился. — Имею честь вызвать вас на дуэль! Вы вправе выбрать себе оружие. Что предпочитаете: пистолеты, сабли, шпаги?..

— Я предпочитаю кавалерию Мюрата и артиллерию Сорбье.

— Позвольте, сир, я не шучу! — вспыхнул Ржевский.

— Я тоже.

— Вы отказываетесь со мной драться?

— Не вижу особого повода.

— В таком случае, сир, я вынужден нанести вам оскорбление!

Коленкур побледнел. Офицеры караула заломили поручику руки. Свирепо посмотрев на них, он перевел взгляд на императора.