— Федя, у тебя найдётся под рукой парочка тонн динамита?

— Откуда? — развёл руками Фёдор. — Да и зачем тебе столько?

— Шурфы в грунте бить, для вскрытия золотоносных жил, — придумал объяснение абсурдному запросу хитрый атаман и подвёл разговор к нужной теме: — Я видел, что на твоём сухопутном броненосце установлены длинноствольные морские орудия.

— Да, это артиллерия снята со старой канонерки Черноморского флота, — кивнул командир бронепоезда.

— Продай мне все снаряды от морских орудий, — уже придумал оригинальное применение боеприпасам Алексей.

— Не дёшево выйдет, — прищурившись, вступил в торг пролетарий. — Может, подождёшь, когда взрывчатку подвезут из центра?

— Федя, время поджимает, — замотал головой Алексей и щедро посулил: — Тонну золотого песка и самородков дам в уплату.

— Бога–а–то, — аж присвистнув, выдохнул комиссар, но заподозрил подвох: — А чего так–то? Я бы и за меньшую плату уступил.

— А мне пролетарского золота не жалко, — рассмеявшись, хлопнул товарища по плечу анархист. — Зато у вождей в кремле больше веры к моим картам появится, поймут, что парагвайские старатели умеют золото находить.

— И половину добычи ты сразу возьмёшь в качестве задатка, за паровые драги для золотых рудников, — понимающе кивнул комиссар.

— За вычетом реальной стоимости снарядов, — подняв указательный палец, подправил счёт магнат.

— За золото я бы тебе вагон снарядов продал, — пожалел, что мало ходового товара, Федя.

— Вагон не нужен, но вот несколько сотен снарядов пригодятся, — похлопал товарища по плечу Алексей. — Надеюсь, деревянная тара для них в наличии?

— Уж снарядные ящики я тебе бесплатно презентую, — отмахнулся командир бронепоезда.

— Тогда, дружище, озаботься ещё и о конных повозках, — совсем обнаглел парагвайский делец. — Ну не на горбу же мне взрывсредства по Алтайскому краю таскать.

— С лошадьми и телегами проблем не будет — этого добра навалом, — усмехнулся комиссар и хитро прищурил глаз. — Ты покупать будешь, али в аренду взять решил?

— И кто из нас тут капиталист? — упрекнул скрягу золотодобытчик.

— Табачок–то врозь, — напомнив казаку его же слова, развёл руками вождь пролетариев.

Алексей пообещал заплатить сполна за необходимое для экспедиции имущество и транспорт. На предложение усилить парагвайский отряд конными красноармейцами ответил отказом — большевистские шпионы старателям были ни к чему. Охрану экспедиции брали на себя молчаливые индейцы гуарани, а в качестве рабочего персонала шли моряки из водолазной команды.

Переместившись на Алтай, парагвайцы загрузили снарядные ящики, инструмент и пищевые припасы на подводы и длинным караваном двинулись вглубь территории. По дорогам добрались до самого отдалённого посёлка, а дальше, оставив телеги со всем грузом, отряд старателей отправился в нехоженые места. Однако с собой в поход по дикой местности Алексей взял лишь охотников гуарани, а всех морячков разместил в посёлке. Оставшийся в лагере персонал тоже не сидел без дела: укрывшись от посторонних глаз в арендованном сарае, морячки усердно принялись разбирать снаряды. Порох из гильз ссыпался в мешки, которые потом старатели вывозили за пределы посёлка и с шумом подрывали в шурфах ложных разработок — золота в них были сущие крохи.