«На оба!»

«Леймар разносит особняк», – сдержанно поделился Филипп.

«Пришлите леймара вместе с моими вещами в Энтил!» – потребовала я вернуть застрявший в его особняке сундук с нарядами. Конечно, носить старые домашние платья уютно – это же ретро! – но гардероб хотелось бы обратно. Он дорог моему сердцу, и кошельку тоже обошелся недешево. Еще в заложниках остался мой любимый халат!

Минут десять с азартом прождала, чем ответит муж, но он оборвал переписку. Может, и к лучшему. Почтовый артефакт уже не выдерживал накала страстей, а мне хотелось ругаться дальше.

С тем же азартом я принялась искать записки от Вилсона. В конце концов, у меня есть туз в рукаве! В смысле, совершенно свободный, ничем не занятый выпускник юридической академии. Оказалось, что этот выпускник под большой мухой жаловался прямиком с рабочего адреса, а номер личной почтовой шкатулки куда-то запропастился.

Я помнила этот смятый, исписанный каракулями листочек! Не то чтобы его кто-то бережно хранил, но точно не выбрасывал.

– Рендел, ты не видел адрес Вилсона? – спросила у дядьки.

Тот только покачал головой.

– Сегодня Клементина твои бумажки складывала. Может, переложила?

С самого утра тетушка пребывала в отвратительном настроении. Снег дал передышку, и она решила выйти в люди, в смысле купить на рынке муки. Вернулась со сплетнями и большим желанием кого-нибудь поколотить тростью.

Оказалось, что по городку поползли слухи, дескать, за дурное поведение муж выгнал меня, а заодно и все семейство, в Энтил. Клементина так не хотела, чтобы я засветилась перед соседями, что не пустила на порог доставщика. Пришлось нам на пару волоком тащить мешок муки через весь холл и коридор. Чуть спины не сорвали!

– Она готовит? – спросила я, с тоской глянув в дверной проем гостиной.

– Как посланница из ада, – согласился Рендел.

Клементина, как всегда, успокаивалась готовкой. С возвращения домой нервничала она беспрерывно, и в нас с дядюшкой перестала помещаться еда. Я намекнула, что тетушке пора бы отведать убойного успокоительного снадобья, в ответ на что она купила муку и начала стряпать очередной пирог с печенкой. Мы с дядюшкой с затаенной надеждой ждали, когда запас печени из морозильного шкафа наконец подойдет к концу.

– Пойду к ней, – вздохнула я.

– Удачи, – искренне пожелал Рендел. – Если что, возвращайся. Мы запремся в гостиной.

Хозяйка дома как раз разжигала очаг. Обычно она использовала старые газетные листы, но сейчас в нашем доме появилось много исписанной бумаги. В ее руке как раз расцветал нежным огненным лепестком белый листочек.