– Похоже, все-таки сломалась… – резюмировала я, вытаскивая послание, и с удивлением обнаружила на нем печать стряпчего Филиппа. – Похоже, это тебе.

Нахмурившись, муж быстро вскрыл конверт. По мере чтения лоб у него разглаживался, а обе брови поползли наверх, что означало или нечеловеческое изумление, или высшую степень озверения.

– Я дам отставку этому паршивцу! – рявкнул он, сминая письмо в кулаке.

Все-таки вызверился…

– Стряпчему? – не поняла я.

– Вилсону!

– Ты уже…

– Тогда ты дашь ему отставку! – заявил он.

– За что?

– За то, что хорошо выполняет свою работу! – сцедил он, заставив меня вжать шею в плечи. – Мой поверенный написал, что сегодня после обеда твой паршивый законник назначил ему встречу с мировым судьей.

– И что это значит? – тихо спросила Клементина, как оказалось, топтавшаяся рядом с нами.

– Нас разведут без личного присутствия, – подсказал Филипп.

– А так можно? – усомнилась я, наткнулась на ледяной взгляд и кивнула: – Видимо, можно.

– Собирайся, леди Торн, если мы не хотим жениться заново. Мы ведь не хотим жениться заново? – мягко спросил он.

– Что ты со мной разговариваешь, как с милой дурочкой? Поверь, мне одного раза за глаза, – поспешно уверила я, всем невозможно кротким видом давая понять, что готова сотрудничать.

– Тогда выезжаем в столицу. – Он направился вон из гостиной, видимо, демонстрировать сборы на личном примере, и бросил на ходу: – Наймем экипаж в городе.

Мы всей семьей Вудстоков замялись и невольно переглянулись.

– Что такое? – уточнил Филипп, чуя подвох. – В Энтиле не нанять экипаж?

– Да наймем, конечно… – протянул Рендел и нервно огладил ладонью лысеющую голову.

Отыскать свободного извозчика, готового немедленно рвануть в столицу, в Энтиле было проблематично. Обычно с возницами договаривались за неделю, а если в нужное время карета не появлялась, приходилось отправляться на почту и ждать почтового дилижанса, искренне веря, что местечко найдется хотя бы на крыше.