– Так ведь это есть в письме, – сказал Лэшер.

Пол вежливо кашлянул.

– Мне следует это подписать?

Фон Нойманн недоуменно уставился на него.

– Господи, да ведь это было подписано и разослано несколько часов назад, когда вы еще спали.

– Благодарю вас.

– Не стоит благодарности, – отозвался профессор с отсутствующим видом.

– А не считаете ли вы, что после этого письма они примутся за нас с новыми силами? – спросил нервный человек.

– Ни в коем случае, – сказал Лэшер. – Но это, несомненно, заставит их задуматься обо всех нас. А когда наступит великий день, мы хотим, чтобы каждый знал, что мы выступаем за великое и правое дело.

– Полиция! – выкрикнул кто-то в глубине запутанной сети подземных убежищ.

В отдалении послышались выстрелы, усиленные и многократно повторенные эхом.

– К западному выходу! – скомандовал Лэшер.

Бумаги были быстро собраны со стола и упрятаны в конверты: лампы задуты. Пол почувствовал, как толпа бегущих людей несет его по коридорам. Двери открывались и с треском захлопывались, люди спотыкались, наталкивались на стены и друг на друга, но все это проделывалось в абсолютном молчании.

Внезапно Пол обнаружил, что звуки шагов его спутников затихли и что он бежит теперь, только следуя за эхом шагов собственных. Запыхавшись, совершенно сбитый с толку грохотом сапог и выкриками полицейских, он окончательно потерял ориентацию в лабиринте переходов и залов и все чаще попадал в тупики. Наконец, когда он попытался выйти из одного из таких тупиков, его ослепил луч карманного фонаря.

– Вот один из них, хватай его, Джой!

Пол ринулся мимо фонарика, с силой выбросив вперед оба кулака.

Что-то грохнуло его повыше уха, и он свалился на влажный пол.

– Клянусь Богом, хоть одному из них не удалось смыться, – услышал он над собой чей-то голос.

– Ну и влепил же ты ему, а?

– Стану я церемониться с вонючим саботажником, клянусь Богом.