– Не знаю, не разбираюсь.

Дядя Шура – это и есть наш штатный шофёр, он же завгар. Впрочем, она не первая, кто успел мне об этом сказать, так что я не удивлён.

Я пожал плечами, показывая, что мне не до этого, и сказал:

– Есть тема для разговора, но с глазу на глаз.

– В парк?

– Там малышня носится, нормально не поговоришь.

– На улицу не пойдём: я слышала, тебе запретили выход. Так куда?

Она явно заинтересовалось. Все знали, что я чепуху не предлагаю, поэтому Олеся поглядывала на меня с любопытством.

– Есть ключ от кабинета Зинаиды, зама по воспиталке. Она уже ушла домой, остался только дежурный воспитатель. Там и поговорим.

– Ну идём.

Мы зашли в административное здание. Олеся сказала дежурному, что мы идём в музыкальный класс, где ещё шёл урок. Поди проверь, куда мы на самом деле, дежурный проверять точно не будет. Сюда так просто не пускали: жилые корпуса – это правое и левое крыло, столовая и кухня как пристройка к левому крылу.

Отмычкой я вскрыл замок нужного кабинета. Олеся, с любопытством за этим наблюдавшая, вошла первой, а я следом, заперев за нами дверь.

– Ключ, значит?

– Ну, хвали меня, хвали.

Олеся прыснула. Говорили мы негромко: иногда кто-то проходил по коридору, не стоило привлекать внимание. Олеся села на край стола, а я – на стул у входа, их тут у стены целый ряд стоял.

– Так что ты хотел? – игриво покачивая ножкой, спросила девушка.

– Тебя.

– О как? – Смутить её было непросто. – А мальчик уже вырос?

– Ну, в том смысле, который ты имеешь в виду, мальчик вырастет года через два. Кстати, я как раз рассчитываю на то, о чём ты подумала. Первой у меня будешь. А вообще, предложение такое. Ты же знаешь, что это я дал Алексею деньги на его дом? Так вот, я даю тебе денег, ты вместе со мной покупаешь дом в частном секторе, прописываешься в нём и ни в какой колхоз поваром не едешь. Я знаю, это не твоя мечта. А готовить ты умеешь, да и любишь, иначе ушла бы куда-нибудь на должность руководителя, любишь покомандовать.

Я буду тебя содержать, летом будешь на море отдыхать. Можешь даже не работать, а заниматься домом и огородом, выращивать всё, что хочешь. Это ты тоже любишь, вон какие помидоры вырастила в колхозе два года назад. Дом будет оформлен на тебя, но в течение семи лет он будет общим, а после истечения этого срока станет только твоим. Я в армию уйду, сама понимаешь. Никаких мужчин, у тебя он уже есть, и это я. Изменишь – всё уничтожу, у разбитого корыта останешься.