«Ну да, — прокомментировал про себя Гаор, — проблема не в гемах, а во времени». Но он-то тут с какого бока нужен?!

И тут Фрегор вспомнил о нём.

— Дорогуша, у тебя найдётся и для моего раба? Ему тоже надо отдохнуть.

Дама будто только сейчас заметила Гаора, оглядела его быстрым, но всё замечающим взглядом и обиженно надула губы.

— Мой дорогой, ты думаешь, у меня чего-то нет? Ты меня обижаешь!

— Ну-ну, — поддразнивая, выразил недоверие Фрегор. — Посмотрим?

— Посмотрим! — приняла вызов дама.

— Полный комплект и на надлежащем уровне, — строго сказал Фрегор.

— Разумеется, дорогой. Это твой шофёр?

— И телохранитель, — внушительно ответил Фрегор. — Ступай, Рыжий, отдыхай, я позову, — властным взмахом руки указывая на закрытый портьерой дальний угол.

— Спасибо, хозяин, — гаркнул Гаор, разворачиваясь в указанном направлении.

Что бы там ни было, он сейчас даже на одиночную камеру согласен, лишь бы лечь и…

За портьерой был коридор. Светлый, на полу ковровая красная дорожка, стены оклеены приятными розоватыми в мелких цветочках обоями, белые двери с искуссно нарисованными цветами вместо номеров и табличек. Одна из них, украшенная букетом полевых цветов, была приоткрыта, и Гаор невольно остановился и заглянул.

— Входи-входи, — сказал за его спиной приятный женский голос.

Гаор резко оглянулся… и с невольным облегчением перевёл дыхание: на чистом высоком лбу молодой черноволосой женщины синий кружок клейма. Своя!

— Ну, и чего встал? — улыбнулась она насмешливо и ласково. — Входи, пока можно.

В комнате, небольшой и уютной, но, правда, опять безоконной, большая — в пять шагов (480 см.) с каждой стороны, не меньше — накрытая шёлковым покрывалом кровать, в углу напольная вешалка для костюма, несколько стульев… Что ж, солдатские бордели бывали и похуже.

— Есть будешь? — спросила, входя следом за ним, женщина.

— Сначала вымоюсь, — серьёзно ответил Гаор. — Душ есть?

— У нас всё есть, — засмеялась она. — Ладно, иди, мойся, обслужим по высшему классу, — и фыркнула: — Не обеднеет твой.