Ты поклялся его пройти.
Силу всю испытай его,
слова страшного своего.
Туал перевёл дыхание и улыбнулся. — Хорошо писали древние. Профессор, как вы думаете, сколько веков этим строкам?
— Большинство исследователей относят исходный текст к Тёмным векам. В первый раз его запретила вторая династия Великого Пути.
— Да, и примерно каждые двести-триста лет запрещение повторяли, а разрешение ни разу не зафиксировано.
Варн укоризненно покачал головой.
— Вы так до сих пор и не поняли? Разрешение — это отмена запрета. Отмена запрета — унижение власти, ущерб её авторитету. Просто тихо и негласно за нарушение начинают карать намного мягче, или как бы не замечают, или выпускают дополнительные указы, как бы меняющие частности, а на самом деле прекращающие действия запрета.
— Так вы думаете… — встрепенулся Туал.
— Ещё слишком неопределённо, чтобы думать, — строго сказал Варн. — Тем более, что мы живём в обществе не законов, а инструкций «только для служебного использования». Вот когда они перейдут в статус открытых источников, тогда, я надеюсь, вы сможете продолжить свою работу.
— Я понял, профессор. А вот закон о бастардах. Разве это не отмена… законов Крови?
— Упорядочение и систематизация, — усмехнулся Варн, — излюбленная терминология нынешних… законотворцев. Да, это многое меняет, но обратите внимание, ни слова об отмене или прекращении действия прежних законов.
— Но это…
— Да, это позволяет в любой момент вернуться к прежней системе.
— Именно поэтому… — медленно сказал Туал, мягким наклоном головы, указывая на дверь кабинета.
— Не только, — понял его Варн. — Пока существует Амрокс, они, — он повторил жест Туала, — они будут Армами.
— Да, — согласился Туал. — Слухи, конечно, слухами, но и открытая информация… достаточно красноречива.
— Слухи, — усмехнулся Варн, — это, как правило, не подтверждённая официально информация. И зачастую, это более достоверный источник.