— Правильно, Рыжий, вон туда сверни. По целине пройдёт?

— Да, хозяин, — ответил сразу и на указание, и на вопрос Гаор, выворачивая руль.

У трёх раскидистых, опушенных свежим снегом деревьев он остановил машину.

— Я пойду разомнусь, а ты приготовь там, что сам придумаешь, — распорядился Фрегор, вылезая из машины.

— Да, хозяин, — сказал ему в спину Гаор, глуша мотор.

Шестой день он не только шофёр и уж совсем не телохранитель, а прислуга за всё. Но… но он даже рад этому. Потому что готовить, убирать и прочее легче, да и приятнее, чем из-за хозяйского плеча наблюдать за очередными паскудствами и безобразиями. Хватит с него тайн и секретов рабского и прочих ведомств.

А готовить из концентратов и замороженных полуфабрикатов оказалось несложно. Во всяком случае, не сложнее остального. Тем более что на всех пакетах весьма внятные и толковые инструкции, а в пакеты с полуфабрикатами вложены такие же, только рукописные. Варить или жарить, сколько долей и на каком нагреве. Интересно, кто это позаботился так о нём? Надо будет по возвращении поговорить на хозяйской кухне, поблагодарить, хотя нет, сначала обиняком вызнать, а то подставишь хорошего человека ненароком. А узнать… да через Голована. Похоже, мужик стоящий, не паскудник, как Мажордом и его отродье. А что он сам родичем Ардинайлов оказался… интересно, конечно, Сержант ему о своей матери ни разу, ни словом, ни намёком… Не хотел говорить? Или не знал о её судьбе? Да что теперь в том? Теперь ему с Сержантом только у Огня встретиться. Если Огонь ему позволит у черты задержаться, не отправит сразу в Коргцит, ледяное поле палачей и предателей. Говорят, мёртвые от Огня видят и знают наперёд судьбу оставшихся. Так что, вполне возможно, что Сержант знал о его будущем, потому и не захотел с ним говорить тогда, стоял и смотрел молча, серый, призрачный, как столб пепла…

Под эти мысли и раздумья Гаор поджарил два бифштекса с картошкой и луком, сварил кофе и грибной суп-пюре с шампиньонами для хозяина, открыл ему же баночку с острой рыбой на закуску и нарезал хорошего белого хлеба. А себе приготовил пайковую норму солдатского горохового супа, каши, чая и чёрного хлеба. Теперь быстро сменить шофёрско-поварскую форму на лакейскую и накрыть на стол в салоне. А вина себе хозяин сам достанет, если захочет.

Как правило, он успевал к приходу хозяина. И сегодня, только-только всё расставил и разложил, как Фрегор ввалился в салон через заднюю дверь, небрежно стряхивая с куртки и ботинок свежий ослепительно белый и пахнущий морозом снег.

— Отличная погода, Рыжий! — радостно провозгласил он. — Уже готово? Тоже отлично.