Мисс Энн Бейли чаще, чем ее сестра, говорила о легендарном и сверхъестественном. Она рассказывала свои истории с искренним сочувствием к их героям, с той красочностью и таинственным видом, которые производят самое сильное впечатление. А еще никогда не уставала отвечать на вопросы о старом замке и развлекать юную аудиторию захватывающими эпизодами приключений прошлых дней. В моей памяти очень отчетливо сохранился образ этой женщины, моего давнего друга. Обладательница стройной высокой фигуры, Энн Бейли имела общее сходство с портретом в полный рост восхитительной графини Д'Ольнуа[32], которой мы все обязаны нашими первыми и самыми яркими образами волшебной страны. Особенно когда что-то в ее серьезном приятном лице, простом, но утонченном и женственном, с доброй тайной в лукавом взгляде и поднятом пальце указывало на приближение кульминации удивительной истории.

Лох-Гир являлся своего рода средоточием деятельности мюнстерских фей. Когда «маленький народец» похищал ребенка, предполагалось, что именно в Лох-Гир свершается его магическое преображение из человеческого существа в волшебное. А под его водами лежал огромный заколдованный старый замок Десмондов вместе с самим великим графом, его прекрасной молодой графиней и всей свитой, которая окружала его в годы великолепия и в момент катастрофы.

С поместьем Лох-Гир связаны и исторические события. Огромная квадратная башня на одной стороне конюшенного двора рядом со старым домом была цитаделью последнего мятежного графа Десмонда[33]. Ее высота, пусть и лишенная уже зубчатых стен и одноэтажная, поражала мое юное воображение. О ней существует особое упоминание в восхитительном старом фолианте «Гиберния Паката»[34]. Там рассказывается об ирландском гарнизоне на зубчатых стенах, бросившем вызов армии лорда-наместника, а затем прошедшем маршем по вершинам холмов. Под прикрытием цитадели некогда гордых и неспокойных Десмондов построен дом. Теперь он стар, но уютен, со множеством маленьких комнат с низкими потолками – такие дома я видел в Шропшире и соседних английских графствах.

Холмы, окружающие озера, представлялись мне в дни моей юности покрытыми короткой мягкой зеленью такого глубокого малахитового оттенка, какого я никогда наяву более не встречал.

На одном из озер есть небольшой остров, скалистый и лесистый. По мнению крестьян, он представляет собой вершину самой высокой башни замка, что опустилась на дно под действием заклинания. Я слышал, как образованные люди говорили, что если в ясную погоду подплыть к островку на лодке на определенное расстояние, кажется, будто он возвышается на несколько футов над водой. Тогда его скалы принимают вид каменной кладки и весь контур напоминает зубчатые стены замка, поднимающегося над поверхностью озера.

Одна из историй мисс Энн Бейли повествовала как раз об этом затонувшем замке.

Граф-волшебник

Граф-волшебник

Хорошо известно, что граф Десмонд, хотя история утверждает иначе, живет по сей день, зачарованный, в своем замке со всеми домочадцами на дне озера.

Когда Десмонд жил на земле, во всем мире не было столь искусного волшебника, как он. Его прекраснейший замок стоял на острове посреди озера. И туда граф привез свою молодую и красивую невесту, которую любил, причем даже слишком. Ибо она воспользовалась его чувствами, заставив графа рискнуть всем ради удовлетворения овладевшего ею каприза.

Счастье молодоженов недолго длилось в этом прекрасном замке. Однажды графиня явилась в комнату, где ее муж изучал свое запретное искусство, и стала умолять его показать ей некоторые из чудес опасной науки. Граф долго сопротивлялся, но ее мольбы, слезы и уговоры наконец сломили его волю, и он согласился.

Прежде чем приступить к тем удивительным превращениям, которыми граф собирался поразить молодую жену, он объяснил ужасные условия и опасности эксперимента.

В огромной башне, стены которой далеко внизу омывались темной водой озера, ждавшей, чтобы поглотить их, графине предстояло стать свидетельницей целой череды ужасных явлений. Начав свои опыты, граф уже не смог бы ни остановить их, ни смягчить. И если на протяжении всей их ужасной последовательности жена произнесет хоть слово или даже восклицание, замок и все, что в нем находится, в одно мгновение погрузится на дно озера. И останется там под властью могущественного заклинания на долгие века.

Но безрассудное любопытство леди взяло верх. Поэтому дубовая дверь кабинета была закрыта и заперта на засов, и начались роковые эксперименты.

Волшебник начал бормотать заклинание, стоя перед женой, и на нем густо выросли перья. Лицо его сморщилось и искривилось, трупный запах наполнил комнату, и вместо графа, взмахивая тяжелыми крыльями, в воздух поднялся гигантский гриф. Он стал кружить по комнате, словно собираясь наброситься на графиню.

Леди прошла это испытание, и за ним сразу же началось другое.

Птица села рядом с дверью и менее чем за минуту превратилась в уродливую карликовую ведьму: с желтой кожей, свисавшей с лица, и огромными глазами. Она бросилась к графине на костылях, с пеной у рта от ярости, и принялась гримасничать, с каждым мгновением становясь все более отвратительной. Потом с воплем покатилась по полу и в ужасных конвульсиях забилась у ног леди. Затем ведьма превратилась в огромную змею с раздутым капюшоном и дрожащим языком. Внезапно, когда змея, казалось, вот-вот бросится на графиню, та увидела вместо нее своего мужа, бледного и прикладывающего палец к губам, призывая молчать. Затем он растянулся во весь рост на полу и начал вытягиваться еще сильнее. Голова его почти достигла одного конца огромной комнаты, а ноги – другого.

И вот тут ужас охватил его супругу. Злополучная леди издала дикий крик, после чего замок и все, что в нем находилось, в одно мгновение погрузились на дно озера.

Но раз в семь лет ночью граф Десмонд и его свита появляются из-под воды и пересекают озеро темной кавалькадой. Его белый конь подкован серебром. В ту единственную ночь граф может скакать до рассвета, и ему следует хорошо использовать это время. Ибо заклинание, удерживающее его под озером, сохранит силу, пока серебряные подковы коня не износятся35.

– Когда я была ребенком, – говорила далее мисс Энн Бейли, – еще застала в живых человека по имени Тейг О'Нил, который рассказывал странную историю.

Тейг был кузнецом, и его кузница стояла на вершине холма, возвышавшегося над озером, на пустынном участке дороги в Кэр-Конлиш. Однажды яркой лунной ночью он работал допоздна совершенно один. Звон молотка и колеблющийся свет, озарявший через открытую дверь кусты по другую сторону узкой дороги, были единственными признаками присутствия человека на мили вокруг.

Во время одного из перерывов в работе Тейг услышал стук множества копыт, поднимавшихся по крутой дороге, проходившей мимо кузницы. Как раз в этот момент он стоял в дверях, и поэтому увидел джентльмена на белом коне, одетого по странной моде. Кузнец говорил, что никогда не видел таких костюмов раньше. Этого человека сопровождала конная свита, одетая столь же необычно.

Судя по лязгу и грохоту, которые возвещали об их приближении, они скакали вверх по холму тяжелым галопом, но когда приблизились к кузнице, темп замедлился. Всадник на белом коне, который, судя по серьезному и величественному виду, был человеком высокого происхождения, привыкшим повелевать, натянул поводья и остановился перед дверью О’Нила.

Он не произнес ни слова, и вся его свита молчала, но он поманил кузнеца и указал на одно из копыт своей лошади.

Тейг наклонился, поднял ее ногу и рассматривал достаточно долго, чтобы увидеть на ней серебряную подкову, которая, по его словам, в одном месте была изношена до толщины шиллинга. По этому признаку кузнец мгновенно понял, кто перед ним, и отшатнулся, мысленно произнося молитву. Величественный наездник, скривившись от боли и ярости, внезапно ударил кузнеца чем-то, что просвистело в воздухе как кнут. Казалось, по телу Тейга прошла ледяная волна, точно его пронзили стальным клинком. Но впоследствии кузнец обнаружил, что на его теле не осталось ни царапин, ни шрамов. В тот же миг вся кавалькада сорвалась в галоп и исчезла под холмом.

Это был сам граф Десмонд. Он попробовал одну из своих обычных уловок, чтобы заставить кузнеца первым заговорить с ним. Ибо хорошо известно: чтобы сократить время своего пребывания под чарами либо смягчить его условия, Десмонд стремится заставить людей обратиться к нему. Но о том, что случится с человеком, если попытка графа увенчается успехом, никто не знает.

35 Напрашиваются параллели с народными преданиями о знаменитом сподвижнике Петра I графе Якове Брюсе – одной из самых загадочных личностей в русской истории. Ученик Ньютона, человек самых разносторонних знаний происходил из рода шотландских королей. Петр предоставил своему любимцу в распоряжение верхний ярус Сухаревой башни, где Брюс оборудовал обсерваторию. Он всерьез увлекался астрономией, повсюду возил с собой подзорную трубу и астрономические пособия, даже учил самого царя ориентироваться по небу и предсказывать солнечные затмения. Известно, что наряду с различными науками он увлекался магией, астрологией и алхимией, за что даже прослыл чернокнижником.