В комнате повисла тишина. Я обдумывал слова архиепископа, и когда у меня появился вопрос, задал его.

— Разве Вы не знали, что их раса выжила? Почему остановились?

— Разумеется, знали. Но тогда мы вели войну против эльфов. Да и её предки прекратили выпивать всех на своём пути. Однажды их представители привели к церкви связанного энергетика. Его сородичи сами отрубили ему голову заявив, что тот использовал богопротивный ритуал.

— А церковь не смущал тот факт, что они стали наёмными убийцами? — спросил я.

— Которых она без зазрения совести нанимала… — разводя руками ответил архиепископ. — В те времена рамки черного и белого сильно расширились. Начавшаяся война делала людей только злее и жестче. Это касалось и представителей церкви. Именно с теми временами наши историки ассоциируют спад влияния церкви.

— Тогда я не понимаю, чем вызвана сегодняшняя реакция? — спросил я.

Архиепископ не сразу понял, что я имею ввиду.

— Они никогда не обращались к нам напрямую, — ответила Хрущёва. — Всё делали через посредников, чтобы, если потянут за ниточку, на них ничего не указывало.

— Да. К тому же одно дело знать о их существовании, а другое дело видеть, — добавил церковник, после чего спросил. — Могу я поинтересоваться, в качестве кого она здесь находится?

— Поинтересоваться конечно можете, но… — развёл я руками, как бы говоря «ответа не получите».

— Ясно, — произнёс архиепископ. — Тогда я хотел узнать, чем вызвана наша встреча. Насколько я помню, в прошлый раз переговоры прошли без особого успеха. Или, — сделал он паузу, — Вы готовы пересмотреть условия сотрудничества?

— От Вас не было никаких вестей и мне хотелось узнать на каком этапе проходят переговоры между католиками и православными?

— Врать не буду, мы топчемся на одном и том же месте. Главенство никто отдавать не собирается, тогда как паствы обеих церквей с каждым годом редеют.

Эти слова стали для меня откровением.

— Вы хотите сказать, что крестьяне перестают верить в Бога? Или вам поступает меньше милостыни? — спросил я.

— Кхм-хм, — поперхнулся он, услышав второй вопрос. Он кинул на меня сердитый взгляд и тяжело вздохнув ответил. — Крестьяне не осознают вашего понимания Стихии. Они не одарены и не чувствуют её подобно магам. Раньше эту пустоту занимала вера. — И немного подумав архиепископ сказал: — Милостыня не единственный наш доход. Однако по ней мы можем сказать сколько истинно верующих живёт в той или иной стране.

— И что, у вас никак не получается найти точки соприкосновения?

Немного помолчав, он задал вопрос.

— Юный Тьер, скажите, зачем я здесь? Весь мой опыт подсказывает, что Вы хотите мне что-то предложить, и поэтому Вы кружите надо мной, как коршун, стараясь извлечь свою выгоду с нас.

Теперь уже была моя очередь задуматься. Не стоит считать себя самым умным. На что мне ненавязчиво указали.

— Хорошо, я готов выделить земли для строительства православной церкви. — Я заметил улыбку на лице архиепископа. — Взамен я хочу получить школы, где священнослужители будут обучать грамоте всех желающих. Один раз в неделю будет обязательный урок слова Божьего. Но не больше. Все остальные дисциплины должны быть посвящены точным наукам. Но самое главное, я хочу прочесть книги о настоящей истории человечества!

Когда я закончил предложение, архиепископ вытаращил на меня глаза. В его взгляде было возмущение, интерес, гнев и что-то ещё, и когда он прикрыл один глаз я понял, что это был интерес.

— Значит род Тьер сохранил знания о том, что история человечества была другой. — скорее не спрашивал, а утверждал архиепископ. — Могу я узнать, откуда Вам известно об этом?

— Морфы, — ответил я.

— Аааа, морфы. Вот же мерзкие существа! А ведь клялись, что уничтожили все упоминания об этом, — произнёс церковник и спросил: — Я так понимаю они рассказали тебе о разумном, — внимательно смотря мне глаза, словно следя за моей реакцией, говорил он, — которого мы именуем божественным посланником Йешуа и его даре, так похожем на твой?

Глава 13

Глава 13

— Да, — ответил я, после чего замолчал. Кроме тонкого намёка от морфов о том, что мой дар не настолько уникален, как я считал, у меня ничего не было. Не знаю почему повёлся на мой блеф архиепископ, но, пока он ничего не понял, я собирался максимально получить от него информацию. Возможно он повёлся на мой возраст или наоборот таким поведением пытался ввести меня в заблуждение своей наивностью. Просто я не мог поверить, чтобы человек, занимающий такой высокий пост в церковной иерархии, занял своё место просто так.

— Могу я поинтересоваться для чего Вам эти знания? — спросил архиепископ.

— А разве это не очевидно?

— Если честно, то нет, — ответил церковник. — У меня, конечно, есть несколько вариантов для чего Вам это. Но прежде чем ответить Вам, мне нужно услышать ответ.

— Я хочу научиться управлять этим, — сказал я и в комнате появился изумрудный свет. После чего создал заклинание исцеления и направил его на себя. Комната осветилась ярким белым светом.

На лице архиепископа отразилась сосредоточенность. Он несколько раз смотрел на меня, после чего переводил взгляд на Хрущёву.

— Значит это правда… — задумчиво произнёс Кирилл. — Вы овладели заклинаниями света… — И сделав паузу, спросил: — Скажите, юный Тьер, что Вы отдали морфам взамен на это знание?

— Омолодил их, — соврал я.

— И многих Вы уже успели омолодить?

— Этот вопрос я не намерен обсуждать, — ответил я.

Ход разговора изменился и теперь архиепископ получал от меня информацию. И меня это не устраивало.

— Думаю мы можем найти общий язык. Но, Де Тьер, — посмотрел он на меня ОЧЕНЬ серьезно, — Миссия этому миру больше не нужен.

— Почему? — удивился я.

— Уверен, после получения знаний Вы это поймёте сами, — ответил он. Взглянув на часы, он продолжил: — Предварительно я согласен на озвученные Вами условия. Однако я должен предупредить. В случае войны у нашей церкви нет влияния на шляхту, галлов или бриттов. Я говорю это, чтобы старейшины рода потом не предъявили мне претензию в том, что я их обманул и вражеские войска на подступах в ваши земли.

— Вы предлагаете, чтобы я пустил в свои земли католиков?

Архиепископ задумался.

— Ответ на этот вопрос может двояким. Если Вы спрашиваете меня-архиепископа, то как истинный патриот православной церкви, я однозначно скажу, что нам они не нужны. Ведь тогда нас ждут постоянные интриги и склоки. Однако, если будет отвечать тот, кто до принятия церковного сана был князем Игнатом Брофом, племянником нынешнего главы рода, то скажу, что они могут принести несравненную пользу роду Тьер и нам. Вам откроются многовековые тайны и знания. А нам оппозиция в их лице не позволит закостенеть. Мы или будем развиваться, или прогнёмся под них. Или они прогнуться под нас.

— Спасибо за такой ответ. Считайте, что я оценил это, — сказала я наблюдая, как слегка склонил голову архиепископ. — Сколько вам надо времени, чтобы продумать план взаимодействия с католической церковью?

Немного подумав, он ответил.

— У меня нет ответа на этот вопрос. Для начала мне хотелось бы осмотреться на месте. Поговорить с нашими архитекторами и, разумеется, застолбить лучшее место, — сказал он и слегка улыбнулся. — Однако уже сегодня я пошлю сообщение кардиналу Себастьяну. Думаю, месяц, максимум два, нам нужно будет для урегулирования всех вопросов.

— Архиепископ, скажите, насколько большую стройку Вы планируете?

Он, посмотрев на меня, как мне показалось, обдумывал ответ.

— Что Вы имеете ввиду?

— Я собираюсь сделать строящийся город одним из прекраснейших городов на планете. Думаю, когда Вы попадёте туда, сами поймёте о чём я говорю.

— Вы хотите, чтобы Балакина стал религиозным центром?

— Да, — не став ходить вокруг да около ответил я. — Я хочу, чтобы город украшали поистине величественные памятники архитектуры. Чтобы через века потомки содрогались от величия города. Вы понимаете о чём я?

— Конечно, — кивнув головой ответил он. — Вы хотите, чтобы все святыни, артефакты, книги, свитки и тайны хранились у Вас под боком.

Я усмехнулся.

— Не правда ли, прекрасное предложение, учитывая, что больше никто не собирается помогать в такую трудную минуту обеим церквям?

— Что насчёт земли? В чьей собственности она будет?

— Вы можете рассчитывать только на приватизацию. Налог стандартный — шесть процентов, как для любой юридической организации. — Заметив, что архиепископ скривился: — Вы должны были слышать про недавно изданный императорский закон. Если вы не будете платить налог, то он ляжет на мои плечи. И я сразу предупреждаю, если хоть раз дойдёт до этого, то я объявлю вашу церковь банкротом.

— Всё-таки про Вас правильно говорят, Вы очень скупы.

— Пусть говорят, что хотят, но я готов оказывать помощь только родным и друзьям, — сказал я, дав пищу для размышлений архиепископу. — Даром я помогать никому не собираюсь.

— А как же Ваша больница? — спросил он.

— Считайте — это моя прихоть. Её я решил строить сам. Меня никто не вынуждал идти на этот шаг. К тому же кто сказал, что я собираюсь создавать убыточное учреждение?

Он кивнул. На этом разговор был окончен. В следующий раз архиепископ обещал заранее согласовать встречу. И прийти уже вместе с представителем католической церкви.

Когда мы остались одни я бросил многозначительный взгляд на Хрущёву. Заметив его, она вопросительно изогнула бровь.