Все же армия под командованием Петра Витгенштейна атаковала под Лютценом корпус маршала Нея. Когда-то маршал имел сильное войско, способное решать серьезные задачи. Со стороны союзных войск на поле битвы присутствовали король Пруссии Фридрих Вильгельм и император Александр I. Витгенштейн был связан в решениях. По каждому действию он был обязан испрашивать у императора соизволения, отсюда терялся темп. К тому же Александр был плохой стратег и военачальник. К корпусу Нея на помощь подоспел Наполеон, лично возглавивший атаку. Русско-прусское войско не выдержало напора превосходящих сил, начало пятиться. Положение союзников спасла ночь, под покровом темноты союзники отошли. У Наполеона почти отсутствовала конница, и он утром не смог преследовать соединенное войско противника. Тем не менее русские и пруссаки потеряли двенадцать тысяч воинов, а Наполеон – пятнадцать тысяч. Но Бонапарт решил идти на восток и навязать союзникам битву. Случилось это при Бауцене. Наполеон послал Нея в обход союзников с севера, всего около шестидесяти тысяч человек, а остальными 8 мая форсировал реку Шпрее. После непродолжительного боя французы овладели городом. Витгенштейн не цеплялся за город. Городской бой – один из самых сложных, разделяется на бои мелких подразделений. Невозможно задействовать конницу и артиллерию, и успех зачастую определяется превосходством в пехоте. Алексей с солдатами тоже поучаствовал в обороне. Выстроить шеренгу поперек улицы – это обречь взвод на уничтожение ружейным огнем противника.

Жители города, убоявшись боев – обстрелов из ружей и пушек, пожаров, – в большинстве своем покинули город в панике. Остались либо старики, либо смелые, уповающие на божью помощь. Алексей задумал возвести баррикаду. Солдаты прикатили две повозки, перегородили ими улицу. Потом из сараев, сбив прикладами замки, вынесли дрова, старую мебель, завалили проходы между повозками и домами. Преодолеть баррикаду можно было, если перелезть поверху, но с помощью обеих рук, то есть ружье оставить на ремне за спиной. Фактически противник в этот момент безоружен. Кое-кто из французов попробовали, получили сразу по несколько пуль, да так и застыли на вершине баррикады, как апофеоз глупости своего начальника. И коннице баррикаду не преодолеть – слишком высока и широка. Кто-то шустрый с французской стороны попробовал разобрать завал. На такой случай Алексей приготовил «сюрприз» в виде двух бомб, которые выпросил у гренадеров. Бомбы небольшие, снабжены огнепроводным шнуром. Алексей сам поджег запал, забросил бомбу за баррикаду, когда там послышалась возня, обрывки слов на французском. Бабахнуло громко. И сразу стоны, крики. Вероятно, за баррикадой не поняли, что взорвалось. Около раненых стали собираться сослуживцы. Кого-то понесли в тыл. Алексей взбежал на второй этаж дома, осторожно посмотрел из окна. За баррикадой стоит с десяток солдат и офицер, судя по треугольной шляпе. Он, размахивая рукой, показывает на заграждение. Ага, явно хотят растащить, сделать проход. Некоторое время Алексей стоял, выжидал, посматривал. Под командой офицера солдаты принялись растаскивать ящики и бочки. Пора! Алексей сбежал вниз, на улицу. Вторую бомбу положил на булыжную мостовую, пару раз чиркнул кремнем о кресало. Проскочившая искра подожгла огнепроводный шнур.

Бомба – штука капризная. Если на пороховую мякоть, которой набит шнур, при небрежном хранении попала влага, шнур погаснет. Но нет, шипит, струйка дыма валит. Схватил Алексей бомбу и швырнул за баррикаду. Тяжела бомба, не меньше трех килограмм, если в современные меры перевести. Не зря в гренадеры подбирали солдат физически крепких, которые могли метать эти ручные бомбы далеко, чтобы при взрыве осколки не могли поразить своих. И создан был этот род войск как «гранатометчики», у каждого гренадера гранатная сумка была.

И снова грохот и крики. Кто остался в живых, бросили раненых, пустились наутек. Однако эффект хороший. Еще бы таких гранат, но и эти две еле выпросил. Так ведь для дела просил, не рыбу глушить в воде. Оба взрыва за баррикадой остановили попытки разобрать завал и пройти через преграду. В других кварталах слышались крики, стрельба. Похоже, и до рукопашной дело дошло. А здесь взвод ни одного человека не потерял, и даже боезапас не истратили.

Ней не смог завершить охват союзников. Войска Барклая-де-Толли и Ланского держали оборону. А Витгенштейн отвел войско за реку Лебау, избежал окружения и разгрома. За время боев союзники потеряли двенадцать тысяч солдат, а французы – восемнадцать тысяч. Нападающие всегда несут потери в полтора-два раза больше, чем обороняющиеся.

Ожидаемо в войну против Наполеона вступила Швеция. Ее армия высадилась с кораблей и двинулась к Берлину с севера. Австрия, еще недавно бывшая союзником Наполеона, тоже готовилась выступить против Бонапарта. Формировалась антифранцузская коалиция – Англия, Россия, Пруссия, Швеция, Австрия, – имевшая войско в 492 тысячи солдат, из которых 173 тысячи русских.

Поляки относились к войскам коалиции неприязненно, а к русским враждебно. Собственно, они воевали в составе войск Наполеона против России, были биты. И среди всех многоязычных войск Бонапарта отличались жестокостью по отношению к местному населению. При занятии Москвы первыми ворвались в Кремль, успели захватить редкие и дорогие ценности и определить их в свой обоз. Из-за снежной и морозной зимы при отступлении, когда уже не до ценностей было, солдаты бросали драгоценные трофеи в реки. Поляки, пользуясь тем, что польские земли уже рядом, все смогли вывезти и надежно спрятать. Причем ценности, сброшенные войском Наполеона в воду, не нашли до сих пор, Алексей это знал точно. Была у него подспудная мысль – найти их, для того допрашивать пленных офицеров, однако мешал языковой барьер. И не для того найти, чтобы лично обогатиться, а чтобы стране вернуть.

Золото из Москвы Наполеон и его войска вывезли, это факт. По предварительным, очень приблизительным оценкам – около восьмидесяти тонн, для чего потребовался огромный обоз в триста подвод. Обоз охраняли более тысячи солдат. По свидетельству Филиппа-Поля де Сегюра, личного адъютанта Бонапарта, «ценности пришлось бросить в Семлевское озеро. Добычей было старинное оружие, украшения Кремля и крест с колокольни Ивана Великого». По мере отступления трофеи стали тяготить беглецов. По всей видимости, адъютант пытался навести на ложный след. Озер с таким названием было два. В 1911 году археолог Екатерина Клетнова предприняла попытку обнаружить исторические ценности. Воду из одного из озер спустили, но на дне ничего не обнаружили. Другие свидетели показывали, что трофеи сбросили в полынью на Березине. Третьи говорили, что ценности лежат в озере Большое Рутавечь, что в 10 верстах от Рудни. Но добычей воспользовался Евгений Богарне, пасынок Наполеона, который сумел ее вывезти. Все остальные свидетельства фальшивые, попытки сбить со следа.

На некоторое время боевые действия прекратились. Войскам обеих сторон следовало перегруппироваться, а генералам – выработать совместный план действий.

Однако егеря проводили разведку, поскольку без знания ситуации о положении противника, его силах, никакое планирование невозможно.

Новобранцы поднабрались боевого опыта, и Алексея направили на вылазку. Группа была из семи человек. В разведку большой группой идти плохо, слишком заметна. Алексей отобрал солдат лично. За время службы после возвращения он уже изучил подчиненных. Кто-то был ловок и смел, быстро освоил воинские премудрости. Другой ленился и не годился в лазутчики. Алексею же требовались люди наблюдательные, способные хорошо маскироваться на местности, терпеливые. Трудно наблюдать из засады несколько часов, почти в неподвижности, не говорить, не курить, не принимать пищу.

Зато из полуразрушенного каменного дома обзор отличный. Видны перемещения французских войск на территории. Вот о чем Алексей сожалел, так об отсутствии бинокля.

Но к обеду скрытное наблюдение было нарушено. Послышались выстрелы. К перекрестку подскакал всадник и свернул на дорогу, ведущую мимо дома, где укрылась группа егерей. Всадник нахлестывал коня, но уже заметно было, что конь вот-вот сдаст, весь круп был в мыле. За всадником, чуть отстав, гнались трое конных. Внезапно конь преследуемого остановился, потом передние ноги его подогнулись, и он рухнул. Всадник едва успел выдернуть ноги из стремени и соскочить. Э, да на всаднике русская форма, а через плечо – кожаная сумка гонца. Как он ухитрился сюда попасть? Впрочем, не мудрено. Единой линии фронта нет. Три соседних села или городка могли занимать войска разных армий. Да еще и европейская особенность: от села до села или городка две-три версты, наделы земли крохотные. То ли дело в России! Иной раз между селами по пятнадцать-двадцать верст, дневной пеший переход, а то и более. Города обустраивали как раз в дневном переходе обоза.

Гонец оглядывался по сторонам, явно не зная, что предпринять. Надо выручать земляка.

– Группа, ружья – товсь!

Ружья выставили в окна.

– Целься! Пли!

До всадников уже не более полусотни метров, цель крупная, но подвижная, надо брать упреждение. В спешке не все учли. Но сказалось численное преимущество, все трое преследователей были поражены. Кто-то сам ранен, у других кони бились, получив ранение. Алексей высунулся из окна: