Оказавшись внутри, мы для начала немного побродили по центральному корпусу. После чего я взял под контроль небольшую часть внутренней сигнальной сети и зафиксировал образы четырёх человек, находящихся в одной из аудиторий. Вслед за чем прикрыл всех нас маскировочным покровом и наконец двинулся в нужном направлении.

Все остальные, если не брать в расчёт Ровера, изрядно нервничали. Что было логично — одно дело действовать где-то в сибирской глуши, и совсем другое — вытворять подобные фокусы в самом центре столицы.

Именно поэтому все трое излучали серьёзный уровень тревоги, постоянно оглядывались по сторонам, и были на таком взводе, что едва не обратили в кровавую пыль пару студентов, что случайно с нами столкнулись. Единственный, кто был искренне рад нашему походу в университет — Ровер. Пёс носился туда-сюда по коридорам, обнюхивал каждый угол и, кажется, искренне наслаждался ощущением нового места. Да ещё и столь насыщенного разнообразными оттенками энергии.

Когда мы оказались около спуска вниз, он и вовсе метнулся по ступеням, желая первым добраться до цели и то ли попытаться её вскрыть, то ли обнюхать, то ли «пометить». Развив при этом такую скорость, что остановить его я успел только через пару пролётов.

Лестница, ведущая вниз, тоже относилась к условно защищённой территории университета. Но здесь сигнальные артефакты были относительно слабыми — вывести их из строя проблемой не являлось. Первая более или менее серьёзная защита появилась на уровне минус третьего яруса, ниже которого вчера не смогли пролететь мои эйдосы — я решил, что лучше перестраховаться и не рисковать поднятием тревоги.

Остановившись перед мерцающей тонкой плёнкой, проявившейся после использования мной профильного плетения, я на миг задумался. Защита была неплохой, но явно разработанной кем-то из местных, потому как никаким образом не была защищена от божественной мощи. Всё, что требовалось сделать — коснуться её и влить немного той силы, которая досталась мне после гибели сына Стрибога. Спустя мгновение, плёнка развеялась в воздухе, и я сделал шаг вперёд.

За спиной послышался тихий голос Милославы:

— Странно… Я чувствую внизу воду.

На миг остановившись, я с удивлением потянулся вниз нитями из Изначальной силы. И уже в следующую секунду осознал суть проблемы. Объект, к которому мы пытались пробиться, являлся классической защитной капсулой Корпуса Немезиды. Конструкцией, которую они использовали для укрытия ценных артефактов, вооружения, информации, а в некоторых случаях даже людей. Как правило, внутри располагался относительно небольшой участок свёрнутого пространства, позволяющий разместить там приличный объём вещей.

Естественно, капсула располагала защитой, включающей и компонент маскировки, прикрывающий её от внимания Древних рас. Самым простым и незатейливым способом — заставляя их воспринимать её как один из источников природной энергии. Русалка чувствовала там воду, а какой-нибудь вулканический тролль ощутил бы лаву. Либо что-то иное, подходящее этому месту, в зависимости от того, как его разум интерпретировал бы подобный сигнал.

Чуть повернув голову, я тихо прошептал:

— Когда окажемся рядом, сама всё увидишь.

Накрытая маскировочным пологом дева чуть нервно хмыкнула, но продолжать беседу не стала. Я же уверенно направился вниз по ступеням.

На следующем этаже нас ждал ещё один барьер, но с ним разобраться тоже вышло достаточно быстро. Ровер вывел из строя накопители, а я одновременно с этим погасил целую сеть сигнальных артефактов. После вчерашних манипуляций с энергетической структурой и божественной искрой, мои возможности серьёзно выросли, что позволяло без труда проворачивать подобные комбинации.

Пройдя ещё один лестничный пролёт, мы оказались перед самой капсулой. Её даже не пытались спрятать. Массивная металлическая конструкция каплевидной формы была установлена в центре небольшого зала. Расположенная у всех на виду и поблёскивающая бронзой. Опять же — классический материал, который обычно использовался Корпусом Немезиды.

Правда, совсем без защиты её тоже не оставили. Помещение пронизывали сотни тончайших нитей энергии, незаметных для обычного Пробуждённого и готовых среагировать на первое же касание. После чего немедленно должен был запуститься механизм, который надёжно бы уничтожил практически любого из потенциальных противников. А если бы не справился, то попытался бы его зафиксировать, чтобы прибывшие на место Стражи смогли разобраться с пленённым «вором».

В отличие от всех предыдущих вариантов это была комбинация, с которой я был относительно неплохо знаком. Как правило, Корпус Немезиды использовал её для защиты всех относительно ценных объектов, применяя массово и повсеместно.

Так что, если для кого-то из местных жителей она бы стала неодолимым препятствием, то у меня вышло разобраться с ситуацией буквально за десять минут. Именно столько времени потребовалось для того, чтобы отыскать все ключевые узлы системы и протянуть к ним собственные каналы связи. Вернее — точно такие же тонкие нити Изначальной силы, которые в определённый момент стали ударными конструкциями, одномоментно разрушившими все базовые компоненты защитной системы.

Стоило мне закончить, как вперёд устремился Ровер. Всё это время пёс наблюдал за моими манипуляциями и нетерпеливо переминался с лапы на лапу, не отводя взгляда от капсулы. Я тоже шагнул вперёд, сбрасывая с себя маскировочный покров. Сейчас в нём никакого смысла уже не было. Если сюда спустится кто-то из причастных, он и так поймёт, что внизу находятся чужие люди. Как минимум, по снятой защите. А все остальные почувствовать нас попросту были не в состоянии — размещённая на самом верхнем из подземных ярусов защита надёжно блокировала подобную возможность.

Двинувшись следом, когда я оказался около корпуса капсулы, позади раздался голос Родиона:

— Что теперь? Ты знаешь, как её вскрыть?

Как только он договорил, свой вопрос озвучила и Милослава:

— И что там внутри? Откуда здесь вообще эта штука?

О том, что именно нас ожидает в университете, я им не сказал. Лишь предположил, что это некий артефакт или техника, связанные с Корпусом Немезиды. После чего пришлось объяснять им, что Корпусов несколько и между ними есть определённая разница.

Оторвав взгляд от поверхности капсулы, я обернулся.

— Это классическая защита Корпуса Немезиды. Устройство для хранения, которое они чаще всего использовали. Внутри точно находится нечто интересное.

Русала, которая сейчас тоже не была прикрыта маскировочным покровом, нервно усмехнулась.

— То есть, ты даже не знаешь, что там? Но мы всё равно рискуем жизнью?

Родион неодобрительно покосился на деву, а вот взгляд Даники выражал согласие. Аристократка и так была изрядно шокирована объёмом свалившейся на неё информации, а ночной рейд в университет, похоже, воспринимала едва ли не как государственную измену.

— Я не думаю, что здесь, в этом мире, осталось много подобных капсул. Максимум — две или три. Разве что, когда-то давно Стражи создали ещё парочку, но мне это кажется маловероятным. А раз так — внутри находится что-то безумно ценное с точки зрения владельцев.

Дева выдохнула, окинула взглядом капсулу и в конце концов пожала плечами.

— Значит, нам нужно её взломать?

Продемонстрировав ей улыбку, я снова посмотрел на устройство. После чего поднял правую руку и, медленно протянув её вперёд, приложил ладонь к бронзовой поверхности.

Естественно, повторять подобное я бы никому не рекомендовал. Иной человек на моём месте моментально и бесповоротно погиб бы. Но мой разум, в отличие от большинства жителей этого мира, хранил громадное количество разнообразных ключей. Включая те универсальные печати-отмычки, с которыми знакомили каждого нового Претора. Само собой, не раскрывая всех секретов и не обеспечивая доступ к наиболее критической информации, что имелась у каждого из Корпусов. Тем не менее, мы делились между собой базовыми данными. Как минимум для того, чтобы демонстрировать друг другу взаимную открытость. Правило, установленное во время первого Совета Преторов и с тех пор никогда не нарушаемое.

Поэтому прямо сейчас я пустил в дело одну из таких печатей, когда-то переданных мне Претором Корпуса Немезиды.

В идеале я должен был немедленно снять защиту. Тем не менее, всё оказалось чуть сложнее. Во-первых, барьеров было сразу три. И сейчас я имел дело только с внешним. Во-вторых, в него были вплетены дополнительные компоненты, которые невозможно было погасить той же самой «отмычкой». С другой стороны, совокупная площадь этих креплений была невысока — у меня вышло разобраться с ними при помощи собственной Изначальной силы, проделав это относительно быстро и не допустив срабатывания ударной системы.

Спустя несколько секунд, по бронзовому корпусу капсулы пробежали золотистые разряды. А сам металл тихо заскрипел. Первый и самый мощный уровень защиты был успешно преодолён.

Буквально в следующее же мгновение в разум впечатался мощный импульс ярости Ровера. А одновременно с этим исчезла левая стена помещения, за которой обнаружилась ещё одна небольшая комната с человеческой фигурой внутри.

В голове мелькнула мысль о запредельно высоком уровне маскировки, а вот неизвестный сделал два шага вперёд, выходя под свет тусклых осветительных артефактов. В следующую секунду я услышал медленные хлопки в ладони.