Ариан метался по залу. Заламывал руки, нервничал, злился. Своим желанием противостоять отцу я создал этого слабого, бестолкового короля, умеющего создавать интриги и думать о наследии. Убедив, что все хотят отнять у него трон и власть. Именно я отдалил от него друзей, изменил мышление. Я действительно предал его, оправдывая все противостоянием с отцом.

— Литэю! Доставьте ко мне Литэю! Она обязана восстановить барьер!

— Невозможно, — Винз Де Вайлет, выглядывая из-за плеча своего сына, все же осмеливался противостоять королевским приказам. — Ни один Алирант не будет слушать такого короля.

— Такого?! — Ариан резко развернулся, его лицо побелело от переполнявших его злости и ненависти. Я вздрогнул от рук дел своих. — Такого. Какого?

— Такого, что потерял достоинство, — как маленькому ребенку пояснил бывший королевский казначей. И его откровенность потрясла меня. Оказалось, это так просто — противостоять злу. Просто говорить правду! Без игр, интриг, заговоров, без предательства и лжи.

— Алиранты никогда не служили королевской власти. После гибели Белого Волка отошли от трона. Только матушка Света была связью их рода с короной, но и она исчезла после её самопожертвования во время становления Благого барьера. Алиранты служат простым смертным. Они первыми встречают удар детей Ворона и защищают земли Белого Волка. Вы же из тех, кто будет другим приказывать умирать за вашу корону и трон. Будете жертвовать друзьями, любимыми, подданными, всеми… Такого человека Алиранты и моя дочь слушать не будут.

От такой проповеди в зале все замерли. Олессия решительно сжала кулаки. Мила выпрямила в спину, и в ее глазах заплясали огни ее сдерживаемых чувств. В мою сторону она больше не смотрела. Мирран, нахмурившись, с кем-то возобновил переписку, решив, что зря пришел сюда и пытался наверстать упущенное время. Встретившись со мной взглядом, Ной Де Вайлет подтвердил слова отца.

— Только по собственной воле Алиранты примут решение сохранить барьер или нет.

«Собственное решение», — эта фраза полоснула по сердцу не менее остро, чем слова Литэи о доверии. А появление моего отца заставили меня задохнуться от негодования. Что ему тут нужно? Пришел добивать? Насладиться делом рук своих? Неужели он думает, что все осталось по-прежнему, и он уйдет безнаказанным? Встав перед королем, он поклонился своему сюзерену и пафосно заявил:

— Не стоит привлекать к этому делу Литэю Де Вайлет. Мы сила, с которой детям Ворона не справиться.

Тихий смешок Винза заставил обернуться на Ноя, за которым он прятался. Молодой парень чуть приподнял бровь, словно спрашивая меня: «Ты позволишь ему и дальше командовать?».