Утром, за столом, Ла Риса получила визит.
Свекровь.
Высокая, холодная, облачённая в живую ткань с аркановыми символами, она прошлась по залу, не касаясь пола.
— Хорошо устроились. Но… тебе пора выйти из моего рода. Слишком много влияния. Ты — новая мать. Назови свой род, Ла Риса.
— Терра Альба, — ответила она после паузы. — Белая Земля. Земля, что оживёт.
Свекровь вскинула бровь, будто одобряя. Затем протянула артефакт-приглашение.
— Закрытый аукцион. Только для матерей рода. Там артефакты, способные пробудить даже пустыню. Возьми. Ты пригодишься этой земле больше, чем кто-либо из нас.
Уходя, она бросила:
— И пусть этот водопад тебе станет источником. Он старше всех нас.
А через час, когда они с Юлей снова стояли у водопада, размышляя, какие постройки нужны на их новых землях, Ла Риса услышала мягкое постукивание. Из склона выступила магическая ниша. Внутри — гнездо. Тепло, шорох, лёгкое движение.
— Ещё яйца? — Юля ахнула. — Да сколько же их?
— Семья, — сказала Ла Риса. — Мы ведь решили… высиживать своё будущее.
И в этот момент вода за их спинами вспыхнула огненным светом. Артефакт проснулся.
И далеко-далеко, под землёй, что-то древнее… вздохнуло.
Глава 31
Глава 31
Утро началось не с кофе. Оно началось с песен водопада, который теперь пел особенные мотивы — будто повторял магическое имя новой владелицы этой земли. Ла Риса стояла на балконе второго этажа, облачённая в лёгкий шелковый халат, и смотрела, как из-под водяного свода к поверхности поднимается светящийся туман. Артефакт явно был в хорошем настроении — воздух искрил, а магическая сеть дома переливалась радужными волнами.
Юля появилась чуть позже, сонная, но довольная. На ней была рубашка с чужого плеча — судя по запаху, это был Лоэн.
— Доброе утро, о мать рода Терра Альба, — хмыкнула она, присаживаясь рядом на подогретый подоконник. — Что, артефакт снова разговаривал с тобой?
— Он… мурлыкал. Как будто знает, что мы сегодня собираемся расширять территорию. — Ла Риса потянулась. — И готовиться к аукциону.
— Ох да, тот самый закрытый. Думаешь, дадут поторговаться?
— Нам нужно не торговаться. Нам нужно найти то, что заставит пустыню отдать свои тайны. Иначе наш оазис останется каплей в песке.
Дом жил. В буквальном смысле. Он рос, перестраивался по желанию. Новый маготехнический генератор под водопадом позволил интегрировать ещё три модуля: лабораторию, комнату для фамильяров и мини-храм для обращения к силам рода.
На кухне магический чайник варил одновременно шесть сортов чая, а хлеб сам допекался в хлебнице, напевая мотивы земной классики. Один из стульев всё ещё норовил укусить кого-то, кто садился слишком резко — проклятие забавного гнома-строителя, которому Ла Риса случайно переплатила двойную сумму. Теперь стул считал себя охранником.
Юля рассматривала новую ткань для платьев. Магическая материя подстраивалась под настроение и могла менять оттенки: от дымчато-серебристого до густого винного.
— Надо бы заказать караван тканей, — размышляла она, — если, конечно, мы не планируем весь гардероб из паранджи и бронекостюмов.
— Планируем выглядеть роскошно. Но бить — как буря, — отозвалась Ла Риса, глядя, как одна из фамильярных сфер катится по полу, приветствуя новую магическую сеть дома.
Вечером, перед самым ужином, в доме появился её брат — Тар’Миэл. Его строгая фигура, как всегда в парадной форме родового теневого легиона, казалась особенно высокомерной в обстановке домашнего уюта. Но стоило ему заметить Юлю — взгляд смягчился, и он почти улыбнулся.
— Ты стала легче, — сказал он ей негромко.
— Я стала настоящей, — ответила Юля и позволила ему коснуться её руки.
Ла Риса с усмешкой наблюдала за этой сценой. Только одна рука Юли, без перчатки, и одно прикосновение к плечу — и союз заключён. Дом отозвался тихим звонким аккордом, словно приветствуя нового мужа рода.
— Придётся строить больше комнат, — пробормотала Ла Риса. — Мы не помещаемся, а ещё высиживаем фамильяров…
— Кстати о них, — вмешалась Юля, — твой артефакт под водопадом снова активировался. Он открыл ещё один тайный проход. Там… гнездо.
— Ещё?
— С десяток яиц. Разных. Некоторые даже излучают холод. Думаю, там будут ледяные фамильяры.
К вечеру магические строители закончили установку нового модуля на втором уровне — зала для тренировок. Кара лично проверила каждый шов, каждый контур.
— Программа тренировок готова. Менталистика — с Юлей. Тактика и ближний бой — со мной. Уклонение и активация скафандра — со мной. Дисциплина — с Ла Рисой. А эротические перегрузки и «разрядка» — с вашими мужчинами. Будет весело.
— Кара! — в голос воскликнули обе.
— Я лишь подмечаю очевидное, — невозмутимо ответил биоробот.
Ночью, у водопада, Ла Риса сидела на камнях, укутавшись в тонкую накидку. Артефакт пульсировал где-то в глубине скалы. На коленях у неё лежала одна из сфер — будущее фамильяра. Она держала её, как мать — будущего ребёнка. А в сердце звенело: тревога, волнение… ожидание.
Тар’Миэл подошёл молча, сел рядом.
— Я слышал, вы собираетесь на аукцион?
— С Юлей. Кара будет с нами. Мы выбраны. Нас пригласили. Мы не можем отказаться.
— Я знаю. — Он протянул руку и провёл пальцами по её щеке. — Ты меняешься. Но остаёшься собой. Ты — Ла Риса. Но теперь ты — мать рода. И ты не одна.
— Я знаю, — шепнула она и улыбнулась. — Я ощущаю всех вас. Как будто сама стала ветром, проходящим по холмам этой земли.
Он не ответил. Только обнял. И долго сидели молча, слушая, как водопад шепчет что-то древнее.
А в глубине скалы… одно из яиц зашевелилось.
Глава 32
Глава 32
Планета, на которую они прибыли, не имела привычного названия — лишь цифровой код в навигационных картах, известный немногим: Артис-Элль. Но для тех, кто знал, что здесь скрывается, она была просто Светлой Гаванью — местом древнейших артефактов, потерянных технологий и аукционов, что творили судьбы миров.
Ла Риса, Юля и Кара прибыли через портал, аккуратно активированный с борта их крейсера. Тар’Миэл, Лоэн и Гриф остались позади, хоть и провожали взглядами до последней секунды. Женщины, по законам Артис-Элль, имели право первенства. Здесь не принимали мужчин, если только они не принадлежали к касте посвящённых жрецов.
Их встречала сама атмосфера — небо над Артис-Элль сияло нежно-золотым светом, будто было соткано из утреннего тумана и капель росы. Два солнца мягко проскальзывали по искрящимся куполам города, переливаясь оттенками фиолетового и бирюзового. Дома росли вверх, словно лепестки гигантских магических цветов — каждый словно дышал, обвивая себя живой тканью артефактной архитектуры.
— Как будто шагнула в сон, — прошептала Юля, прижимая к груди свой портфель с магическими документами рода.
— Добро пожаловать в столицу аукциона, — ответила Кара. — Здесь женское слово — закон, женский выбор — приговор или спасение.
На главной площади их уже ждали. Проводник с кожей цвета янтаря и светящимися глазами провёл их к личной ячейке — полупрозрачному сферическому павильону с витиеватыми аркановыми узорами на входе. Внутри всё было уже подготовлено: магический дисплей с архивами, список лотов, личная зона отдыха и даже сервированный чайный столик, у которого кипел чайник с искрящимся ликёроподобным напитком.
— Высшая регистрация, — тихо сказала Юля, перебирая голографические вкладки. — Нас внесли как «мать рода с перспективой расширения».
— Значит, наш визит уже изучили. — Ла Риса склонила голову, изучая первый список лотов.
«Источник Песчаных Колец» — древний артефакт, способный преобразовать антимагическую зону в плодородную.
«Слёзы Сайарры» — эссенция, пробуждающая спящие геномы.
«Хрустальный Шпиль» — ключ к восстановлению утраченных кровных клятв.
— Нам нужно всё, — пробормотала Ла Риса. — Не для силы. Для народа.
Аукцион начался ближе к вечеру. В зале, отделённом от внешнего мира мощной защитной сферой, сидели только женщины: древние, юные, военные, магические, все властные, каждая — вершительница судеб.
— Ла Риса из рода Терра Альба, — объявил глашатай, и в зале на мгновение наступила тишина. Новая мать рода. О ней уже знали. Многие с интересом, другие — с завистью.
Первым лотом был Огненный Источник — не столь важный для Ла Рисы, но сразу показал уровень торгов. Ставки взмывали вверх со скоростью мысли, сделки заключались жестом руки.
— Мать рода из Терра Альба, — обратилась к ней соседка — женщина с волосами, сверкающими словно зеркала. — Вы впервые?
— Здесь — да, — ответила Ла Риса. — Но торг всегда был частью моего прошлого.