Оррин и Будимир внимательно следили за воеводой, выискивая хоть какие-нибудь признаки нездоровья и помешательства, но взгляд Радомира был чист и ясен, а выражение лица русича скорее можно было охарактеризовать как удивлённое. Проследив, как Тассерин отключает его от обучающей машины и убирает в специальную ячейку шлем, Радомир перевёл взгляд на своих спутников и неожиданно для них широко улыбнулся.

— Други мои — я вам настоятельно рекомендую пройти курс гипнообучения, — сказал он, вставая с кресла. — Хуже от этого точно не станет.

— А что ты теперь знаешь? — спросил Оррин.

Радомир потянулся во весь рост.

— Многое, Оррин. Многое. И нужно, чтобы как можно больше наших людей прошли через это устройство. Не все, согласен — только десятники, сотники и наиболее смышлёные из ратников. Хотя я думаю, что гипнор может сделать каждого вполне… гм… современным человеком, знакомым с передовыми галактическими технологиями и умеющими использовать эти знания с пользой для себя. По-иному нам не победить Империю.

— Но нас всего двести человек!

— И что? Сармалийский полководец Имшин Дре одержал блестящую победу над флотом кронгали, имея в своём распоряжении всего лишь двенадцать крейсеров и сто пятнадцать кораблей меньших классов, а почему? Потому что избрал верную тактику. А мы чем хуже? Да, нас мало, но Шайласерин-то мы захватили. А у врага было десятикратное преимущество. Так почему нам не попытаться развить успех? Домой мы пока вернуться не можем, потому что мы не знаем — надеюсь, пока — координат нашей звёздной системы, а космическая навигация — это не по Днепру или Двине ходить на лодьях. Сдуру прямиком в «чёрную дыру» можно залететь — это такой астрономический объект… впрочем, вы сами всё узнаете после сеанса. Объём знаний, которые закачивает в сознание гипнор, весьма велик, но он, как бы это выразиться, разбит по категориям. Если хотите получить знания в определённой области, то потребуется выбрать именно ту гипнограмму, которая содержит именно тот объём знаний, который вы желаете получить. И в данном случае это не одномоментный процесс, придётся несколько сеансов провести. И кстати, — Радомир перевёл взгляд на молча стоявшего в метре от него Тассерина, — загрузи-ка ты программу по управлению гипнором. Будет лучше, если этим устройством будет управлять кто-то из нас. Тебе, Барга, я не слишком доверяю. Вы, водесканцы, слишком уж пакостный народец. Хуже вас только пираты-скелвены. Те ещё отморозки. Так что давай, загружай программу. Времени у нас не так уж и много. Анфелин не будет долго сопли жевать. Скоро сюда явятся каратели, нужно выстроить оборону и продумать тактику. А там уже как Перун смилостивится.

Глава 11

Глава 11

Радомир не зря торопился с обучением при помощи гипнора. К исходу второго местного дня — а сутки на Камходе, как вскоре выяснилось, несколько длиннее земных, часов на десять — у края северного небосвода дозорные заметили некое движение, причём весьма многочисленное. На этот участок неба навели электронные оптические приборы, после чего немедленно отрядили посыльного за воеводой.

Пост наблюдения, который засёк шевеление у горизонта, располагался в полуверсте от внешнего периметра, и Радомир, чтобы побыстрее туда добраться, воспользовался бронемашиной. Машину вёл Каркун, а Радомир, пока ехали к посту дозорных, внимательно просматривал выводимую на монокристаллический дисплей датапада информацию.

После того, как водесканские воины оставили Шайласерин, оставшихся в крепости гражданских, числом почти полтысячи, согнали в обнаруженное под поверхностью убежище, которое, по словам одного из заложников, представившегося гражданским администратором крепости по имени Хуг Тебринд, представляло собой стандартный имперский противоатомный бункер с полностью замкнутой системой жизнеобеспечения, могущий выдержать прямое попадание пятимегатонной термоядерной боеголовки. На вопрос Оррина, чем именно занимались гражданские в военном гарнизоне, Тебринд пояснил, что в обязанности гражданского персонала крепости входили самые разнообразные работы — от банальной уборки помещений до технического обслуживания боевой техники. Разумеется, в крепости имелись разного рода роботы, но на них одних далеко не уедешь.

Администратор Тебринд прямо спросил Радомира, что русичи собираются с ними делать. Воевода пожал плечами и ответил водесканцу, что с этой стороны заложникам нечего опасаться. Никто не станет чинить им какое-либо членовредительство, а если им и будет что-либо угрожать, так это огонь со стороны своих же. Было заметно, что Тебринд не слишком поверил Радомиру, однако ратники обращались с заложниками предельно вежливо и это несколько успокоило администратора.

Каркун остановил броневик в нескольких аршинах от наблюдательного поста, который представлял собой квадратную полностью закрытую платформу, поднятую на полибетонном столбе прямоугольного сечения на высоту десяти саженей. Платформу накрывал купол из очень прочного материала, который назывался метастекло, и в ней были расположены электронные наблюдательные приборы, позволявшие видеть всё на весьма приличном расстоянии. Подняться наверх можно было как по самой обычной лестнице, так и на лифте, пользоваться которыми уже умели все ратники без исключения. Именно этим способом и поднялись наверх Радомир с Каркуном.

— И что тут у вас? — воевода внимательно оглядел помещение поста, в котором несли дежурство двое ратников, вооружённых лазеружьями и бластерами, с пристёгнутыми к поясам ножнам с мечами.

— Так что, воевода, — доложил старший из ратников, которого звали Колун, — ворог приближается. — Он указал рукой на купол. — Наблюдаем в оптику пять больших воздушных судов и до пятнадцати кораблей поменьше. Идут прямо на крепость. Расстояние… э-э… примерно девять вёрст, быстро сокращается.

— Так-так, — Радомир прильнул к электронному биноклю и с минуту молча рассматривал приближающиеся к крепости корабли. — Мы включили щит, но он не защитит от ракет и бомб. Хотя никто не может предсказать действия водесканцев. Во всяком случае, к отражению атаки мы готовы. Более-менее. Однако посмотрим, что эти говнюки задумали. Два из больших кораблей уже на посадку заходят… хм…

Радомир дотронулся до сенсора активации висящей на левом плече рации и включил канал связи.

— Милонег — противник, похоже, начинает высадку десанта, — произнёс воевода во встроенный в рацию микрофон. — Два больших корабля заходят на посадку в двух вёрстах от крепости, остальные на подходе. Скажи канонирам — пусть будут готовы открыть огонь по команде. Я пока побуду на четвёртом наблюдательном посту.

— Понял тебя, воевода, — отозвался сотник.

— Конец связи.

Радомир выключил рацию и снова приник к электронному биноклю.

Заходящие на посадку корабли были весьма велики, хотя воевода подозревал, что это далеко не самые крупные водесканские суда. Размеры их, конечно, впечатляли — в длину не меньше трёх с половиной сотен саженей и в высоту никак не меньше сотни. Из их корпусов выдвинулись мощные посадочные опоры, спружинившие в момент касания грунта на мощных гидравлических амортизаторах. Открылись люки в средней части кораблей, вниз пошли выдвижные десантные аппарели, по которым из нутра кораблей вниз посыпались облачённые в боевую броню вооружённые лазеружьями солдаты. Вслед за ними показались боевые машины имперцев — приземистые железные ящики на гусеничном ходу, из передних частей которых торчали грозного вида орудийные стволы. Кинетические орудия, догадался Радомир. Ладно, пусть будет так.

От общей стаи отделился небольшой летательный аппарат, чей корпус напоминал своим видом сосновую шишку. «Шишка», заложив вираж, слегка увеличила высоту и взяла курс на Шайласерин.

— Разведчик? — предположил Каркун.

— Как вариант, — пожал плечами воевода. — Посмотрим, что он будет дальше делать. На всякий случай, Каркун — свяжись с зенитчиками, пусть держат эту машину на прицеле.

Связист молча кивнул в знак того, что слова Радомира приняты им к исполнению, и принялся возиться со своей полевой рацией.

«Шишка» тем временем сблизилась с крепостными постройками и принялась наматывать над ними круги, явно сканируя Шайласерин. По машине не стреляли — пока водесканцы вели себя спокойно, приказа открывать огонь не было. Но за «шишкой» внимательно наблюдали как со сторожевого поста, так и из самой крепости. Несколько ратников, вооружённых переносными зенитными ракетными комплексами, рассредоточенные по периметру, не спускали с машины глаз, готовые в любой момент открыть огонь.

Пока разведчик описывал круги над Шайласерином, осмелевшие от того, что никто не стреляет по ним, водесканцы принялись споро возводить в поле какое-то строение из металлических панелей. Русичи спокойно наблюдали за всей этой суетой, держа врага на прицеле крепостных мультилазеров и масс-драйверных орудий. Атаковать многопревосходящего противника было самым натуральным безрассудством, так что в данной ситуации самое лучшее — это наблюдать и готовиться к штурму. Оборону-то держать куда сподручнее.

— Воевода — мы что, будем спокойно смотреть на то, как эти засранцы возводят у нас под носом гуляй-город1? — с возмущением в голосе спросил младший из дозорных, молодой воин по имени Верещага. — Может, всё-таки стоит ударить первыми?